С кем не бывает?

Беата Бушелева| опубликовано в номере №1401, октябрь 1985
  • В закладки
  • Вставить в блог

Этика поведения

Продолжение. Начало в №№ 2, 3, 4, 7, 12

Как-то довелось наблюдать за группой малышей в школьной столовой. Часть ребят мужественно сражалась с сосисками. Сваренные в целлофане, те ни за что не хотели покидать свое убежище. Их выдавливали, выжимали, выкусывали, ими выстреливали, как пастой из тюбика. Один мальчик увлеченно ел кашу. Он широко открывал рот, осторожно и прицельно вводил туда ложку, переворачивал ее внутри, освобождая от содержимого, тщательно облизывал и извлекал наружу. Девочка, видимо, играющая в курочку, часто и дробно стучала вилкой по тарелке, накалывая по одной зеленые горошинки. А другая вдохновенно превращала кисельную лужицу на пластике стола в пунцовую розу, время от времени облизывая инструмент творчества — собственный палец.

Зрелище это было смешное и даже умилительное. Дети ведь... Но пройдут годы, и если никто не позаботится научить малышей застольному этикету, то вырастет из них тот тип людей, о которых еще в XV веке поэт сказал: «Невеж застольных много есть. Избавь нас, боже, рядом сесть».

Незнание правил поведения за столом, пренебрежение ими или неумение их выполнять могут стать причиной многих огорчений.

Читательница из Тбилиси О. Ф. Грицак рассказывает в своем письме: «Однажды за границей нас, группу туристов, пригласили на банкет в ресторан. На столах было много всякой всячины, поражало обилие ножей и вилок. К нашему стыду, мы не знали, в каком порядке пользоваться всеми этими приборами, и стали есть как кому вздумается. Очень неприятно было видеть на лицах кельнеров иронические гримасы».

Я искренне сочувствую автору письма. Незнание норм застольного этикета и в обычных-то условиях способно привести человека к сильнейшему смущению. А тут заграница... Однако в любых случаях надо сохранять чувство собственного достоинства и не теряться. Тогда на помощь приходит тот самый здравый смысл, о котором мы уже писали. Ведь нетрудно догадаться, что приборы, расположенные справа и слева от тарелки, составляют пары. Те, которые находятся перед тарелкой, ближе к центру стола, предназначены для десерта, поэтому они и лежат подальше. Остается решить, с каких же пар надо начинать. И снова интуиция подсказывает: с тех, что расположены на дальнем краю. Так удобнее. К последнему блюду понадобятся нож и вилка, лежащие у самой тарелки.

Надежнее, конечно, если мы не изобретаем этих правил, а просто знаем их. Но, как бы тщательно ни были изучены предписания столового церемониала, неожиданности и затруднения все равно могут возникнуть. Бывает, что в тупик поставит нас задача: есть ли жаркое и салат из двух тарелок одновременно, как подал официант, или воссоединить их на общей посуде? И что делать с аппетитно запеченным тестом, заменяющим крышку на горшочке с пельменями: то ли съесть, то ли отложить в сторону? Л. Котова из города Кашина задает в письме совсем неожиданный вопрос: «Как мне быть? Дело в том, что я левша. По правилам положено вилку держать в левой руке, нож в правой. Но что же делать, если я не умею резать правой, а только левой? И ведь левшей у нас немало». Или вот: подали бульон, а в нем кусок курицы, который в один прием не съешь, ложкой на более мелкие части не разделить, а вилкой и ножом орудовать в бульоне как-то не совсем привычно. Как же быть?

Во всех этих случаях будем поступать так, чтобы действия наши не вызывали неприятного чувства у окружающих, не противоречили представлениям о гигиене, разумности, эстетике. Два разных блюда лучше есть с той посуды, на которой они поданы, но если очень неудобно, можно дополнительное (салат) понемногу перекладывать к основному. Вполне допустимо съесть запеченное тесто: трудно предположить, что доброкачественный и вкусный продукт предназначался только для технической цели — прикрыть посуду. Левшам лучше придерживаться общепринятых правил использования столовых приборов; правую руку можно потренировать для достижения необходимой ловкости, как мы, правши, тренируем левую для работы вилкой. И курица в бульоне тоже не такая уж сложная проблема: съедим жидкое, а потом пустим в ход нож и вилку (лучше, конечно, если повар или хозяйка разделают эти продукты так, чтобы не возникало подобных затруднений).

Но даже тот, кто постиг все премудрости хорошего тона, не гарантирован от мелких неприятностей. Случается, что поперхнется человек или неосторожным движением разобьет посуду, опрокинет бокал с налитком или выронит кусочек еды на скатерть и так далее. Как говорится, с кем не бывает. Во всех этих случаях допустивший оплошность не должен слишком уж казниться, публично бичевать себя и суетиться: прилаживать осколки разбитого блюдца, ползать по полу в поисках оброненного ножа, обещать, что завтра же купит такой же бокал, предлагать денежное возмещение ущерба, посыпать солью пятна на скатерти или пытаться смыть их потоками извинений.

В книге «Страницы моей жизни» Ф. И. Шаляпин рассказывает о годах своей юности: «Усатов (профессор пения из Тифлиса. — Б. Б.) снова обратился ко мне с предложением — обедать у него. Я поблагодарил, но обедать не пошел, это уж было совсем не по силам для меня! Видел я, как они обедают! За столом прислуживает девушка, подставляя разные тарелки; на столе лежат салфетки, масса ножей, вилок, ложек. А кто знает, какая ложка для чего и что каким ножом нужно резать?

Но все-таки Усатовы заставили меня обедать у них, и я претерпел немалые мучения при этом. Подавались кушанья, не виданные мною. Я не знал, как надо есть их. В тарелке с зеленой жидкостью плавало яйцо, сваренное вкрутую. Я стал давить его ложкой, оно, разумеется, выскочило из тарелки на скатерть, откуда я снова отправил его в тарелку, поймав пальцами».

Эти украшенные юмором строки приводят к мысли, что не так и много требуется человеку усилий, чтобы чувствовать себя за столом уютно, уверенно. Прежде всего надо овладеть, выражаясь языком производственников, «материальной частью» и «технологией».

Тут все важно: как человек подходит к столу, как отодвигает стул, как сидит. Рекомендуется держаться за столом прямо, но не напряженно. Особого внимания едоков требуют их собственные локти. Дело в том, что жизненное пространство одного человека за праздничным столом не так уже велико: приборы ставятся на расстоянии 60 сантиметров друг от друга. Видимо, поэтому рекомендуется держать локти так, словно они приклеены к туловищу. Кое-кто советует для достижения навыка в этом деле несколько раз пообедать дома, удерживая под мышками небольшие книги. Укрощенные таким способом локти перестанут рваться на стол и взлетать над ним, угрожая соседям.

Немало забот могут доставить человеку столовый инструментарий, посуда и другие предметы. Белоснежный конус накрахмаленной салфетки — это лишь видимая часть айсберга, таящего опасности для неискушенного в застольном этикете человека. Ведь сколько полезного могла бы сделать эта салфетка: протереть показавшуюся подозрительной ложку, обезопасить от пятен нарядное платье, осушить вспотевший лоб и привести в порядок залоснившееся лицо. Увы, ни то, ни другое, ни третье делать нельзя! И остается ею только лишь изредка коснуться губ. Естественно, что после такой малой работы ее не станут свертывать и укладывать в прежнее положение, а небрежно оставят возле тарелки.

И в обращении с ножом, вилкой, ложкой, оказывается, не обойтись без элементарных познаний в геометрии. Ложка с супом, например, должна двигаться ко рту параллельно краю стола, а вовсе не перпендикулярно к нему. Ножу и вилке при работе следует избегать прямого угла, иначе разрезаемое кушанье вполне может оказаться не в своей тарелке. Даже чайная ложка должна вести себя степенно, потому что издаваемый ею «вечерний звон» наводит много дум о воспитанности ее хозяина.

«Правила движения» за столом не менее строги, чем правила уличного движения. Салаты, пирожки, фрукты, уложенные в общие блюда, путешествуют по всей территории стола, передаваемые из рук в руки. Что же касается персональных тарелок и приборов, то они не позволяют чужим рукам прикасаться к себе и всегда остаются на своем месте.

Шлифовщица В. А. Белановская из Харькова спрашивает: «Кто из супругов или молодых людей должен ухаживать в гостях за столом?» Жестко эти правила нигде не оговорены. Супругов, например, вообще не рекомендуется в гостях сажать рядом. Но традиционно считается, что на мужчину возлагается ответственность за соседку справа. Однако, если он будет внимателен и к другим близсидящим дамам, я полагаю, на него не обидятся.

Поговорка «когда я ем, я глух и нем» сохраняет свою актуальность разве что на уровне воспитанников младшей и средней групп детского сада. У взрослых же людей именно общение и беседа нередко составляют истинную цель совместной трапезы. Трудно даже приблизительно перечислить темы непринужденного разговора за столом. Зато достаточно определенно можно выделить такие, которые легко объединяются общим названием «не к столу будь сказано». Мне, например, пришлось видеть, как осталось нетронутым блюдо прекрасно приготовленной рыбы только потому, что один из гостей пустился в подробное изложение научной статьи об организмах, паразитирующих в теле морских рыб. Не способствует аппетиту и захватывающая история о том, как некто отравился «вот точно такими же грибами», рассказы о болезнях или о возможных физиологических последствиях приема той или иной пищи («Я от этой селедки обопьюсь потом»).

Есть притча о мичмане с потерпевшего крушение корвета. Оказавшись в воде, человек увидел приближающуюся к нему акулу и выхватил из ножен кортик. Акула посмотрела на него с брезгливостью и сказала: «На рыбу... с ножом? Ну и манеры!» Эту историю мне рассказали в детстве, желая внушить мысль о незыблемости правил застольного этикета, которые регламентируют, как есть то или иное блюдо.

Не будем вдаваться в тонкости и оставим в покое омаров, устриц, лангустов, артишоки и спагетти. Но привычные, повседневные кушанья тоже требуют определенных знаний и навыков. Вот человек делает себе бутерброд: потянулся вилкой к хлебнице, достал ломтик; ножом взял немного масла из масленки, намазал на хлеб; захватил из глиняного горшочка паштет и покрыл бутерброд сверху; затем осмотрел с удовлетворением, взял в руку и с аппетитом откусил, совершив при этом бесчисленное количество ошибок. Хлеб берут только рукой; масло и паштет общим прибором (ножом, ложкой) сначала кладут на свою тарелку; от ломтя хлеба над своей тарелкой отламываются небольшие кусочки, каждый из которых поочередно намазывается и съедается.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 9-м номере читайте об Александре Беляеве - первом советском писателе, полностью посвятившим себя научной фантастике, об Анне Вырубовой - любимой фрейлине  и   ближайшей подруге императрицы Александры Федоровны, о жизни и творчестве талантливейшего советского актера Михаила Глузского,  о режиссере, которого порой называют самым влиятельным мастером экрана в истории кино -  Акире Куросаве,  окончание детектива Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев».  и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

А с прогулом обстояло так…

Как-то на «нейтральной территории» встретились молодые рабочие двух калужских заводов — из бригады Анатолия Тарасова с машиностроительного и бригады Валерия Волкова с турбинного

Зовет на помощь стадион

Телекамера в зале суда крупным планом взяла несчастное лицо Сергея Усенко