Целый день на подъёме дороги у поворота пели моторы машин, возивших с виноградников португизер. Его опешили убрать, опасаясь предсказанного к ночи дождя. И в самом деле, с полудня со стороны моря подул свежий, пахнущий мокрыми водорослями ветер. Бригадиры торопили сборщиц, опасливо поглядывая на запад.
На заводе тоже опешили, потому что над давильней всё ещё не была возведена новая кровля взамен взорванной немцами. Эграпомпа работала, не умолкая ни на минуту. Она глотала виноград корзину за корзиной, выбрасывая освобождённые от ягод гребни и журча тяжёлой, сладкой мягкой, изливающейся на разовые лотки.
Практикантки вернулись с завода в общежитие усталые и расстроенные. Их сердитые голоса разбудили Клавдию, отсыпавшуюся после ночного дежурства.
- Ну, что вы так орёте? - спросила она ленивым, сочным голосом. - Что там у вас такое?
- «У вас»!... - швырнув на койку халат, передразнила её Вера... - Вот пойдёшь завтра опять на бочкомойку полоскать весь день бутылки, тогда скажешь: у вас или у нас...
- Верочка расстроены и несут чушь, - Клавдия потянулась, не открывая глаз.
- Нет, серьезно, - сказала Наташа. - Михаил Иванович отдал распоряжение: всей нашей группе - завтра на бочкомойку.
Клавдия поднялась, спустила ноги, отыскивая ими туфли:
- Да расскажите вы толком: что там произошло? Зина! Хоть ты расскажи, что ли!
Зина стояла у окна, по - детски надув губы.
- Это вот они с Геннадием, - она повела подбородком в сторону Веры, - по обыкновению стали спорить и задержали приёмку винограда.
- А Зина, конечно, не при чём! - иронически сказала Вера. - Это не она забрала подставку из - под шланга и выпустила двадцать литров, сусла на пол!
- Одним словом, наработали, - сказала Клавдия. - А где был Михаил Иванович?
- В том - то и дело, что его не было, - сказала Наташа. - Всех начальников цехов вызвал на совещание директор. Они и оставили нас вместо себя: Геннадия - в лаборатории, Веру - на приёмке винограда, Зину - у отстойников и так далее. Михаил Иванович ещё сказал, уходя: «Привыкайте, говорит, управлять производством, вам пора...» Ну, а когда вернулся...
- Во всяком случае, он не имел права так грубить, орать... - сказала Вера.
- И не имеет права отправлять нас опять на бочкомойку. Мы своё отбыли, - плаксиво сказала Зина, - Мы же практиканты...
- Во свояком случае, я мыть бутылки не пойду, - Клавдия решительно встала и поправила, волосы. - Тем более, что я вообще здесь не при чём.
- Ого! - сказала Вера. - Во - первых, посмотрю я, как ты не выполнишь распоряжения и что у тебя будет в зачёте. А во - вторых, не беспокойся: о тебе тоже была речь. Ты тоже в ночных графиках что - то с температурой напутала... Знаешь, что он о тебе сказал?
Зина, всё ещё стоявшая у окна, вдруг фыркнула. Клавдия посмотрела на неё и насторожилась.
- «Эта, говорит, импульсивная особа, - Вера тоже чуть заметно улыбнулась, - напрасно думает, что теперь можно стать порядочным виноделом, обладая одним обонянием».
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.