Поражение мистера Хауссона

Василий Ардаматский| опубликовано в номере №756, ноябрь 1958
  • В закладки
  • Вставить в блог

Продолжение. См. «Смену» №№ 16 - 21

- Так вот насчет того Кованькова, о котором я вас спрашивал... Он занял у нас глупую позицию упорного молчания. Не могли бы вы подействовать на него?

- Он бежал сюда сам? - быстро спросил Субботин.

Хауссон улыбнулся:

- Бежал с нашей помощью.

- А точнее? Это для меня очень важно знать прежде, чем с ним разговаривать.

- Да, мы его взяли.

- Это хуже. - Субботин задумался, потом заговорил, точно размышляя вслух. - Тут ведь совсем иная, чем у меня, психология, другое состояние. Для меня вопрос перехода на Запад был, так сказать, подготовлен всем ходом событий, а для него это полная внезапность. Но все же попробуем...

Можно понять, как трудно было Субботину изображать полное спокойствие: ведь именно ради встречи с Кованьковым проводилась эта рискованная часть рычаговского плана!

28

Субботин потребовал, чтобы разговор проходил без свидетелей. Хауссон согласился, но сказал:

- Будет только один невидимый свидетель - микрофон...

- Это можно... Когда состоится разговор?

- Сначала я хотел бы просить вас самого сделать краткое заявление для печати и радио.

Субботин усмехнулся:

- Вы что же, думаете, что у меня есть еще путь назад? Не беспокойтесь, пути нет. - Субботин помолчал. - Заявление, конечно, я сделаю.

- Я просил бы вас просто зачитать текст, который подготовим мы. Вопросов к вам не будет.

- Можно ознакомиться с текстом?

- Конечно, вот он. - Хауссон протянул лист бумаги с довольно коротким машинописным текстом.

Субботин стал читать. О нем самом в тексте было всего несколько строчек: «Я бежал из Советской Армии по сугубо личным мотивам, которые излагать нет надобности, они касаются только меня». Далее в заявлении шло неожиданное. Субботину предлагалось перед лицом немецкой общественности засвидетельствовать, что в Восточном Берлине проводятся массовые аресты немецких патриотов - сторонников объединения Германии - и что особому гонению подвергается старая немецкая интеллигенция. Заканчивалось заявление так: «Моей невестой является немецкая девушка - студентка. Только среди ее близких знакомых репрессии подверглось сразу несколько человек. Так что нет ничего удивительного, если в Западном Берлине я оказался вместе со своей невестой».

При разработке операции учитывалось, что его могут заставить сделать публичное заявление. Условились, что Субботин будет податлив, но все же обязан стараться свести к минимуму тот вред, который может принести его выступление.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В июльском номере читайте о трагической судьбе младенца-императора Иоанна Антоновича, о жизни и творчестве замечательного писателя Ивана Лажечникова, о композиторе Александре Бородине - человеке весьма и весьма  оригинальном, у которого параллельно шли обе выбранные им по жизни стези – химия и музыка, об Уильяме Моррисе -  поэте, прозаике, переводчике, выдающимся художнике-дизайнере, о нашем знаменитейшем бронзовом изваянии, за которым  навсегда закрепилось имя «Медный», окончание иронического детектива  Елены Колчак «Убийство в стиле ретро» и многое другое



Виджет Архива Смены