Не заменить ли Мартыненко Лукомским?..
У политотдельцев лежало письмо Хатаевича, секретаря областкома партии.
Хатаевач писал о недопустимом севе под бункер по забурьяненным землям, об огрехах, скверной очистке лемехов от налипающей земли, о плохой доставке газет на полевые участки, о недобитом классовом враге.
Политотдельцы переходили в степи от «палубы» к «палубе».
В «палубах» - фургонах трактористов с черны ми нарами, железными печурками и портретами Сталина - они читали это письмо.
Утром шли в степь.
Помполит подходил к скоропашкам. Как стоят рычаги? Не мелка ли вспашка? Засовывал руну в мягкую, расчесанную бороной землю. Ладонь входила до большого пальца - 8 см. Мелко. Пойти выяснить у агронома.
Агроном сидел в «палубе». По крыше фургона вдруг начинал барабанить дождь. Опять!... Неужели невозможно усовершенствовать степное хозяйство?.. Эта проклятая погода! А если к трактору приладить боковые шпоры, чтобы счищали грязь? Могут ли тогда работать тракторы в дождь?
Агроном несловоохотлив.
Тоскливо сидеть в скрипящей от ветра «палубе»
Опять в степь - к живым людям, к настоящим вещам.
Примечал всякие «пустяки». Солома в бочке с водой. Плохо. Девушка сидит на бункере и не видит, как забиваются лемеха. Поговорить в бригаде... Трактор слишком круто заворачивает. Огрех. Написать об этом в полевке...
Он любил все записывать. Может быть, черта аккуратности перешла к нему от предков - обрусевших немцев?..
Его блокнот ложился на крыло трактора, на спину полевода, просто на землю. В этом блокноте были такие записи:
«1. Отжимная скоба для трактора № 17. Стоит с 25 - го.
2. Суп вез соли.
3. Нет газет.
4. Убрать полову.
5. Сапунцев - сын кулака? Проверить.
6. Авансы трактористам»...
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.