Но, скажем, разве не ощутили вы обаяния мужественности и силы, когда в канадской хоккейной команде дрались плечом к плечу отец и сын? И хоть тяжело дышали порой ветераны, не они ли показывали молодым, как надо сражаться до конца? По нашим меркам их ветераны – это безнадежно пожилые люди. Спорт – удел молодых, это верно, но не менее верно то, что без ветеранов спорт теряет более существенное качество – зрелость, значит, достоинство, иными словами, существенную часть своей нравственной основы.
Когда мы говорим, что без прошлого невозможно осмыслить настоящее и постигнуть будущее, это не риторика. Эта истина не только злободневна, но и всемогуща. Когда забываешь о ней, она мстит разрушительными последствиями. Это не громкие слова. И для маленькой школы где-нибудь в Поволжье или Сибири, как и для общества в целом, живая и неразрывная связь поколений – залог здорового развития. И молодая поросль, и среднее звено, и ветераны требуют к себе одинаково чуткого и бережного отношения.
Но что-то уж больно кудрявым становится наш спорт. Поединок – это не гимнастика. Здесь виртуозным соскоком, подвластным подросткам, ничего не добьешься. В бою нужна скорее львиная хватка, нежели юношеская прыть. Если завтра та же гимнастика будет состоять из 12 – 14-летних сверхвиртуозных девочек, то вызывает сомнение, будет ли она, лишившись обаяния женственности, по-прежнему обладать той же притягательной силой для широкой публики. По крайней мере в нашем случае потеря мужественности отталкивает от фехтования даже традиционных зрителей. То, что люди склонны отдавать предпочтение взрослым соревнованиям перед юношескими, – правило, общее для всех видов спорта. Никакая цирковая изощренность детей не спасает, и если омоложение в плавании и гимнастике – процесс необратимый, то нет никаких основании переносить это на игры, единоборства и подавляющее большинство других видов спорта.
Когда иные приходят в умиление перед молодостью участников, трудно разделить с ними этот восторг. Напрасно думают, что спорт призван выявить только безграничные физические возможности человека. Во-первых, и силы, и возраст не безграничны ни в ту, ни в другую сторону. Даже когда оптимисты доберутся до детских яслей, им все равно придется остановиться на этой границе, поскольку следующие еще не народились. Во-вторых, эта точка зрения вредна по сути, ибо она сужает функцию спорта в нашем обществе.
Наступил момент открыть тайную мечту нашу. Этой идеей мы живем уже давно, вынашиваем ее и только не знали, как практически к ней подойти.
Когда-то до войны, когда культ узкой специализации еще не носил самодовлеющего характера, фехтовальщик мог участвовать в соревнованиях на всех видах холодного оружия. Именно это позволило Владимиру Вышпольскому стать двадцатикратным чемпионом страны на всех видах холодного оружия. Участвуй тогда наши спортсмены в международных турнирах, еще неизвестно, кто считался бы сейчас лучшим фехтовальщиком всех времен. Видеть Вышпольского и его сверстников на дорожке еще в 50-х годах было истинным удовольствием. Эти бойцы с седыми висками были просто великолепны. А какое они демонстрировали уважение к оружию, какая этика, какая подчеркнутая элегантность была в их боевой манере! Молодежь проходила у дорожки академию фехтования. Участие во всех видах программы дало им глубокие и многогранные познания в фехтовании. Не зря лучшие тренеры страны вышли из этой плеяды фехтовальных энциклопедистов.
Сейчас наши бывшие чемпионы, уходя из большого спорта порой еще полными сил, уносят с собой, по сути, бесценный капитал знаний, навыков, опыта, капитал, который остается втуне и угасает, не принося той пользы молодежи, которую мог бы дать. А не возродить ли нам на новом витке турниры на звание абсолютного чемпиона страны на всех видах холодного оружия? Пусть в этих турнирах участвуют только бывшие чемпионы страны и мира. На их профессиональном уровне они одинаково хорошо владеют всеми видами оружия. Пусть эти турниры проходят каждый год одновременно с официальным первенством страны, чтобы участники их видели наших прославленных ветеранов. Убежден, что большинство ветеранов отнесутся к этому с воодушевлением.
Соревнования эти были бы раскованными и праздничными. Каждый фехтовальный город посчитает за честь собрать у себя снова наших чемпионов. Пусть судят такие соревнования сверстники Вышпольского, а проводит их Федерация фехтования.
Вот первый шаг, думается, к восстановлению связи поколений. Можно еще много написать об этом турнире, но пусть лучше это сделают ветераны, если идея придется им по душе.
Лейтмотив тренерских жалоб – отсутствие тяги к спорту среди подростков. Но дети не стали ленивее или хуже. Отнюдь. Мы сами, во-первых, часто лишаем их соревнования праздничности и игры. Во-вторых, сделав акцент на омоложение, мы, разумеется, не можем при этом снизить нагрузки, чтобы удержаться на достигнутом уровне. А нагрузки, надо сказать, очень серьезные. Не каждому даже трудолюбивому подростку они по плечу. Поневоле задумаешься, нужно ли нам – по крайней мере в единоборстве – омоложение с его скороспелыми результатами.
Государству это явно ни к чему, как показала наша знаменитая рапирная команда, которая десять лет никому в мире не уступала первое место.
Школе спортивной и общеобразовательной это тоже во вред, а детям и подавно. Добросовестные тренеры, кстати, никогда не мечтают о скороспелых результатах.
Так кому же нужен этот «вал»?
Стремясь как можно скорее дать плановые показатели, многие школы, видимо, чтобы идти в ногу с веком, перешли на популярную идею конвейера.
На практике это выглядит так. Новичка «ставит» наиболее неопытный, начинающий тренер. Потом его доводит тренер как бы средней руки, после чего ученик на пятом или шестом году попадает в руки руководителя школы. В зависимости от перемещения тренеров, текучки и прочих причин наставников может быть и больше и меньше. Чтобы эта технология отвечала идее индустриального производства, откуда она была заимствована, надо, чтобы каждый тренер был бы неким бесплотным идеалом. Чаще же всего ученика не столько обучают, сколько переделывают, и каждый на своем этапе на свой аршин да лад. Опустим все распри и недоразумения, которые на этом пути возникают. Если ученик, вконец издерганный, надломленный и растерянный, уходит из школы, то не беда. Списывают. Какое производство не обходится без отходов!
В былые времена, если в мастерской маститого художника подмастерье написал картину, то маэстро мог или пройтись по холсту кистью мастера, или потребовать переписать произведение.
Только человек не холст, его не перепишешь. Новичка надо увлечь, удержать и «поставить». А как его поставишь, так он и пойдет по жизни. Порок заложен в самой технологии, так как самый ответственный участок поручают наименее опытному. А тот, не видя ни перспектив, ни конечных плодов своего труда, быстро теряет интерес к работе.
Помню, Кондратенко, искренне поверив в эту новаторскую методику, все удивлялся: «Что за чертовщина? Когда я один делал всю работу, были и результаты, и класс, и атмосфера в секции была дружеская. А теперь много нас, да толку меньше. Только и делаем, что обиды разбираем».
За всю историю советского фехтования ни один город в России, если не считать Москвы и Ленинграда, не дал столько бойцов мирового класса, сколько Саратов. Руководитель саратовской школы Г. И. Шварц даже и не припомнит сразу, сколько раз его ученики были чемпионами мира в личном и командном зачете. Но заслуженный тренер СССР Шварц и сейчас начинает с новичков. Это почерк подлинного педагога. Он отвечает лучшим традициям советской спортивной педагогики.
Молодой тренер вправе ожидать помощи от своего маститого коллеги. Он охотно пойдет на содружество, если в этом не будет конвейерного принуждения. Может быть, теперь будет более понятно, почему приход на соревнования вчерашнего бойца, а теперь врача или инженера, или даже недавнего чемпиона мира не вызывает прежнего восторга. Потому что они уже сошли с конвейера, выпали из плана, и их участие может только спутать карты. «В тренировочных боях пусть участвуют, а на соревнованиях, простите, нет. Не ровен час, возьмет да и выбьет из турнира моего ученика». Вы скажете, что это только пойдет ученику на пользу и спорту тоже. Так-то оно так, но это дальний прицел. А победа нужна хоть худая, да сегодня.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Рассказ
Обзор писем-откликов на очерк «Тысяча сыновей» («Смена» № 20, 1983 г.)