Не знаю, почему у нас не существует пожизненного заключения, предельный срок сведен до 15 лет, упразднены каторжные работы. Не берусь судить о целесообразности этих мер. Но не понимаю, как можно в этих условиях, при максимальном наказании в 15 лет заключения, требовать отмену смертной казни в исключительных случаях.
Она не коснется людей, потому что те, кто совершает особо тяжкие преступления, — не люди. Им не должно быть места на земле. И избавлять мир от них — и есть подлинная гуманность.
В 7-м номере читайте о жизни и деятельности основателя знаменитой галереи Павла Михайловича Третьякова, о жизни и творчестве талантливого но, к сожалению, в наши дни малоизвестного писателя Сергея Николаевича Терпигорева, о яркой судьбе поэтессы Ириныв Одоевцевой, беседу с представителем знаменитой династии Запашных Эдгардом Вальтеровичем, окончание детектива Ольги Степновой «Брачный контракт с мадонной» и многое другое.
Светлая поэзия Николая Глазкова
Заволжские самородки
«Кто повторит мой путь?»