Задача номер два - учеба. В цехе если наберется два - три инженера с дипломом, то хорошо, остальные - практики. Нужно растить им смену. Вечерняя школа - в четырех километрах от общежития, добираться до нее можно только пешком. Вечерний институт - в пятнадцати километрах, но туда, случается, ходят попутки. Уцепится студент за хлипкий борт машины, а одна галоша осталась в грязи. И призадумается студент, что важнее - ученье, которое свет, или галоша, без которой тоже не жизнь.
Далеко, трудно было добираться, а учились. Из тех настырных мальчиков и девочек выросли лучшие работники первого цеха: Степан Илларионович Гончарук, мастер смены, Герой Социалистического Труда; Павел Леонтьевич Гребенюк, опытнейший обжигальщик; Евгения Васильевна Дядчина (та самая Женька), начальник лаборатории резания, Евгений Валентинович Зиновьев, старший слесарь.
... Ну, а третья задача - яркая, интересная жизнь. Ни одно собрание не проходит без песен, смеха. Всегда готова стенгазета, злая, зубастая. И начальство, и райком, и горком ребята так могли прохватить... Сегодня Николай Петрович Карпенко, начальник крупнейшего на заводе первого цеха, и улыбается и поеживается, вспоминая те газеты: «Это что ж мы творили...»
Среди молодежи зарождается движение: «Каждому комсомольцу - личную библиотечку». Любимые книги переходят из рук в руки, вечерами комнаты общежития гудят от споров.
На праздники, на танцы, в самодеятельность - всюду гурьбой. Как - то Коля Карпенко выступал в пьесе, по ходу действия которой должен был ударить своего друга Сашку Дронова по голове. Для представления, щадя голову Дронова, заготовили палку с распушенным концом. Коля в азарте не разобрался, где какой конец... Раздался звук, который не оставлял сомнений: бой идет без обмана. Публика долго смеялась, а Сашка после спектакля смиренно сказал: «Ради искусства можно пострадать», - и потер выпуклую шишку.
Горячими, азартными они были и в большом и в малом, первые комсомольцы трубного завода.
Что, если бы можно было поставить рядом девятнадцатилетнего Колю Карпенко и дипломированного инженера Александра Севастьянова, нынешнего комсомольского секретаря завода (он сменил Козицына на его посту)?.. Коля, наверное, присвистнул бы от удивления, войдя в комнаты комитета. Это же целые апартаменты - телефоны, сейфы. Карпенко, наверное, позавидовал бы, с каким образованным, головастым народом имеет дело комитет - каждый комсомолец учится, каждый пятый молодой рабочий - рационализатор.
И Севастьянову нашлось бы чему поучиться у своего далекого предшественника...
Но их не надо ставить рядом, не стоит сравнивать - они просто разные. Ведь время движется вперед. Однако во все времена общим в комсомоле было одно: юноши и девушки объединялись в союз для дела и вокруг дела. И когда оно было, дело, к комсомольским секретарям приходили ребята и писали заявление: «Прошу принять меня в комсомол».
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.