Эх!

Все так и было, ни слова вымысла!

Время брало свое. День увязался за днем, месяц последовал за месяцем. Как бусы в ожерелье, проследовали один за другим и ушли года.

Все сидела и сидела у увеличенной фотографии сына убитая горем тетя. Сидела и нещадно била себя в грудь, от горечи сильно щипала себя за посиневшее бедро.

Сидела и молчала. Молчала и таяла от горя. Таяла и постепенно кончалась.

После гибели Гугули я всего несколько раз видел Тею. Она всегда была одна. Шла спокойно, поправляя падающие на лоб волосы и слегка потрясая плечами.

При виде Теи меня охватывало какое-то странное чувство, которое не передать словами. Меня радовало ее одиночество, приятно было смотреть на ее нахмуренное лицо, в карие глаза, в которых застыли большое горе и непреходящая печаль.

В последний раз я видел Тею за несколько часов до того, как сесть за этот рассказ.

Стояла осень.

Тбилисская теплая и золотая осень.

Смеркалось.

Проспект Руставели был переполнен людьми.

Перед Дворцом пионеров, у наполовину оборванных виноградных лоз, по спокойной походке, манере поправлять падающие на лоб волосы и привычному легкому потрясыванию плеч я еще издали узнал Тею.

Теа!

Не среднего роста, смуглая, а чуть ниже среднего роста Теа. Повседневная Теа. Не то чтобы красивая, но с остатками красоты ушедших дней Теа.

Она была опять одна.

Шла спокойно. Шла с потухшими глазами, поседевшими волосами, морщинистым лицом. Шла, олицетворяя собой незабвенную память о Гугули.

Эх!

Что стало с Теей?!

С рожденной для любви, для радости и семьи Теей! С изящной и смешливой, жизнерадостной, красивой Теей!

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.