Начал накрапывать дождь.

Люди, собравшиеся на перроне, постепенно расходились.

– Пойдемте, – задумчиво произнес дядя Васо и бросил в урну потухший в руках окурок. – Ребята через несколько дней уже будут в Бресте.

Теа все еще стояла у лимонадной будки. Уткнув слегка растрепанную от ветерка голову в плечо какой-то девушки и обняв ее обеими руками, она горестно всхлипывала.

Когда мы поравнялись с будкой, я нашел какую-то причину, чтобы отстать и остановиться.

– Не плачь, – услышал я глухой голос Теиной подруги, – три года пролетят так быстро, что ты даже не заметишь. Вернется он, и будешь ты счастливой...

Гугули погиб в первый же день войны.

Страшное, непоправимое несчастье неожиданно потрясло до сих пор счастливую и дружную семью тети.

Мы сидели. Сидели и молчали. На стене висела увеличенная фотография Гугули. В вазе с высоким горлом стояли гвоздики. На краю длинного стола лежал сложенный пополам лист бумаги. Вот в этой проклятой, безжалостной черной бумаге ясно было написано, что Гугули погиб на западных подступах к Бресту.

– Мальчики, наверно, еще спали, когда с рассветом на них посыпались бомбы, – горько вздохнула занятая своими мыслями тетя Маро.

– Нет, – дядя Васо поднял глаза на фотографию Гугули и встал, – неожиданность исключается! От передовых пограничных частей наверняка уже был получен сигнал тревоги.

Дядя Васо подошел к вазе с высоким горлом. Поправил распустившиеся гвоздики и, не поворачиваясь, пробурчал:

– Ребята, наверно, и одеться толком не успели, когда вступили в бой с самолетами.

Дядя Васо был прав.

Наш Гугули ни в коем случае не мог принять смерть, лежа в постели.

Нет, нет и нет!

Гугули, конечно же, первым вскочил с постели. Первым бросился к зенитному пулемету. Первым сбил самолет со свастикой.

По-другому быть не могло!

Нет, нет и нет!

Тетя не плакала. Сидела одеревеневшая. Уставилась потускневшими глазами в одну какую-то точку и молчала. Молчала и таяла от горя.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.