- Есть, Васька, - кричит он через весь цех. - Даешь мастера!
ХРОНОМЕТРАЖ ОШИБСЯ
Рационализаторское предложение Прокофьева увеличило производительность до 45 рукавов в день. Коммунары снизили свои расценки на 25%. Хронометраж рассчитал неверно. Пролетарский был прав. Девять человек с успехом заменили двадцать девять.
Сильно вначале донимал брак. Сделают сто рукавов - 82 негодных. Чорт его знает, почему получается брак. Сделают рукав - все хорошо. Положат в барабан, где рукава подвергаются сильному нагреву, вынут - рукав никуда не годится. На нем появляются какие-то вздутия, бугры и раковины. Долго бились коммунары, много крови попортили себе и наконец разгадали эту загадку. Оказалось, что при закатке в некоторых местах остаются пузырьки воздуха. При нагревании они расширяются и производят те самые вздутия и рванины, которые портят рукав. То же самое происходит при слишком жирной смазке - жидкость, не успевшая испариться, закипает и производит в рукаве настоящее опустошение. Стали коммунары тщательнее работать, уменьшили брак, а тут подоспело второе рационализаторское предложение Прокофьева.
- Когда имеется комбинированная машина, - рассуждал Васька, - незачем закатывать рукава вручную. Положил рукав под вал, направил прокладку, нажал педаль - и продукция готова.
И взяли коммунары машину, нехитрую машину, похожую на валик пишущей машинки с большой кареткой, и получили экономический эффект в 28.000 рублей и довели производство рукавов до 85 штук в день, понизив процент брака до единицы.
Обычный заработок коммунаров семь пятьдесят. А теперь выходит, что они должны выгонять по пятнадцать целковых в день.
- Товарищи, - говорит Пролетарский, - надо снижать расценки.
Но не все ребята с этим согласны.
- Почему же не пожить лучше? Оно верно: - 150 вполне хватает, но лишняя сотня, сами понимаете, не пойдет во вред.
Прокофьев ударил кулаком по столу.
- Шкурники вы, ребята, а не коммунары. Нажиться хотите на рационализации. Ведь труд остался таким же, каким был. За что же повышается зарплата?
Те не спорили. Их было немного и они чувствовали, что неправы.
- Не сердись, Вася, пожадничали малость. Надо снижать расценки. Правильно. Сколько там выйдет процентов снижения, чтобы заработок остался прежним?
И вышло 47%.
Ячейка ВЛКСМ предложила наградить Прокофьева орденом Ленина. Но партком завода «Каучук» решил награждать только старых кадровиков. Васька еще очень молод, если он не получил ордена в 20 лет, то он получит его позже.
За ту рационализацию и экономию, которую создали ребята, заводская администрация сумела их отблагодарить. Пролетарский и Прокофьев получили премию в 1270 рублей. Тысячу ребята пожертвовали в пользу премирования ударников Подмосковного бассейна, а 270 разделили между собой.
... Коммуна движется по своему пути, а инициаторов уже нет. Не удалось Прокофьеву вернуться на производство толстых рукавов. Ячейка выдвинула его контролером в Секретный цех. Вот и Пролетарский стоит у станка в последний раз. Его тоже выдвигают в помощники мастера. Совсем недавно он ввел разделение труда, экономящее двадцать две тысячи. За это его наградили премией в 595 рублей.
Маленький, белобрысый пионер, нареченный в отряде Молотом Пролетарским, сын отца, погибшего в борьбе с Колчаком, беспризорник, бежавший из дому после порки, которую задала ему за красный галстук запуганная смертями близких мать.
- Через тебя, паршивец, и нас всех порежут, - говорила она.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.