Сорока всегда в движении, ее бойкий глаз не дремлет. Только в сильные морозы сороки задумчивы. Наверное, они думают, замерзнут или нет. Но сейчас нет сильного мороза.

А вот и третья – обыкновенная – сорока. Она только что прилетела. Она вертится, качает хвостом, то глянет вниз, то в сторону двух ее сестер. И во дворе ударил выстрел – будто палку сломали. И третья сорока качнулась, махнула одним крылом, будто летя, и упала в снег. Из белого снега черным клином выставился ее вздрагивающий хвост. И я увидел Димку. Он выходил из сарая с «фроловкой». Из тонкого ствола ее шел тонкий дымок. Ветер мотал его.

Я выскочил на улицу. Лицо и губы Димки были почти белые. Такое лицо, говорят, бывает у замерзших людей.

– Сорока! – крикнул я. – Убил!

– Ясно, – сказал Димка. Он такой: ему всегда и все ясно. Я тычу пальцем в сидящих.

– А эти почему не летят?

– Мои, – ответил Димка. – Мороженые.

– Ты сидел в сарае?

– Нет. На луне. За-амерз, как фриц, – говорит Димка.

– Давно сидишь?

– Часа два не шевелился. Тебя видел, а не шевельнулся. И он раздвинул губы в какую-то замороженную улыбку.

Я подошел и снял сорок с забора. Это были убитые и хорошо замороженные птицы. Сороки-чучела. Сороки-подманки.

Ну и хитер Димка!

Я взял свежеубитую сороку за хвост и поднял ее.

Такая красивая, такая легкая птица!

Она пробита единственной дробинкой. Вот это меткость!

И меня распирает гордость за Димку. Я тоже охотник, уже стрелял настоящую дичь – уток и тетеревов. Но сороку убил только одну, да и то летом.

А Димка убил трех – осторожных, зимних.

Мороженых сорок Димка спрятал в ящик, и мы вошли в дом.

Войдя, Димка поставил ружье и стал греметь зубами и трястись.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.