— Действительно, выходит, мы зря тут по двадцать лет отработали, если нас к зеленым новичкам приравнивают, — сетует Ирина Георгиевна Бывшева.
— Старайся или не старайся, все равно ты без вины виноватым окажешься, — вторит ей Нина Александровна Курочкина.
Того же мнения и многие другие ветераны цеха. Они отдали предприятию не один десяток лет, воспитали немало учеников, не раз награждались за отличный труд, за наставничество, за активную общественную работу. Эти люди — рабочая гвардия коллектива. Тогда отчего вдруг решили «воспитывать» гвардейцев, наказывая их за неумелость новобранцев? Кстати, о последних, о новичках. Их тоже не забыли, их тоже воспитывают, причем весьма своеобразно — приплачивая за несделанную работу.
Да молодежь и не очень-то хочет таких, с позволения сказать, льгот. Поблажка может быть и оскорбительной. Кроме того, она отнимает стимул к росту.
— Об этом у нас и на комсомольском собрании уже не раз заговаривали, — рассказывает комсорг цеха бригадир Владимир Клочков и тут же признается: — Правда, ничего мы пока не решили.
Володя не только комсомольский лидер цеха, но и председатель совета бригадиров всего Люберецкого коврового комбината. Правда, избрали его в председатели совсем недавно. Но и на заседаниях совета он уже успел услышать то же недовольство системой стимулирования. И если на комсомольском собрании об этом робко «заговаривали», то на совете бригадиров возмущаются в полный голос.
Но странно, администрация никакой тревоги не испытывает. На вопрос, как собираются устранять явную несправедливость, мешающую людям нормально работать, Раиса Александровна Ильичева отвечает:
— Совершенствуем КТУ. Теперь коэффициент трудового участия будет точнее учитывать личный вклад каждого.
Совершенствование — красивое слово, современное. О совершенствовании КТУ много и охотно рассказывали и главный инженер объединения, и начальник цеха. Рассказывали и корреспонденту, и рабочим. Но люди нынче пошли опытные. Они знают цену словам, даже самым красивым. Они, например, знают, что слово «резервы» часто используется как синоним слова «недостатки». «У нас еще немало резервов», — деловито говорит с трибуны иной товарищ. Звучит солидно, почти самокритично. А на предприятии — простои, авралы, приписки, — словом, полное безобразие. И не резервы надо вскрывать, а это безобразие ликвидировать.
То же и с «совершенствованием» КТУ. До сих пор коэффициент трудового участия в цехе не работал. Одно название, а настоящего КТУ, считай, и не было. Теперь будет. Так, во всяком случае, считают в объединении. Отдел труда и зарплаты исправляет свой явный просчет. Что ж, лучше поздно, чем никогда. Только стоит ли свою запоздалую попытку маскировать красивым словом «совершенствование»?
Тем более что и новый КТУ не ликвидирует главной несообразности — когда, как в случае с молодой ткачихой Ольгой Лобановой, просто нечего делить по КТУ, премии лишена вся бригада и хорошего работника наказывают автоматически.
Впрочем, беспокоит ли кого здесь эта несообразность? Пошла ткачиха с жалобой в отдел труда: помогите. Там сказали начальнику цеха: да заплати ты ей, чтобы не жаловалась. Начальник цеха и хотел вроде бы так сделать, но бухгалтерия отказала.
Среди подписавших письмо в редакцию — члены бригады Ильи Николаевича Антонова. В апреле им уж что-то очень мало начислили. Пытались рабочие у администрации спрашивать: почему да за что? Но никто разбираться не стал: все правильно, идите работайте. На рабочих еще и прикрикнули, мол, не отвлекайте от дела.
По просьбе корреспондента сменили все же гнев на милость и все проверили. Выяснилось, что бригаде Антонова недодали 200 рублей. «По ошибке». Больше чем по 20 рублей на человека. Что беспокоиться о чужом кармане? Теперь, правда, вернули — впрочем, не извинившись. И после этого снова станут убаюкивать рабочих высокими, правильными словами о воспитательном значении бригад, о сознательности и прочем. Еще и попрекнут людей: вы чего-то там недопонимаете.
Я приезжал в объединение несколько раз. До сих пор за вопиющее безобразие никто не наказан. Даже не разобрались толком, кто же конкретно виноват. «Из цеха дали в бухгалтерию неправильные сведения» — вот и весь ответ.
Много таких людей — ответственных. Но никто из них к ответу не привлечен. Так создается почва для будущих нарушений. Для любых произвольных манипуляций с системой материального поощрения. Стоит ли удивляться, что один из лучших бригадиров объединения, Николай Сергеевич Сошкин, сказал на собрании в цехе:
— Я на зарплату не жалуюсь. Но вот что обидно. Всю жизнь я здесь проработал, а до сих пор не знаю, за что мне платят. То так выведут, то эдак. Играют с зарплатой. Ничего толком не объяснят. Обидно.
— Уж если Николай Сергеевич не разобрался, то я и подавно, — признался молодой бригадир Александр Катков. — Меня тут девчата спрашивают, за что и как им вывели. Ну, пошел я к экономистам. Процентами меня забили, полный туман. Так я ничего девчатам и не объяснил, не смог.
А с Сошкиным, с его выступлением накладка вышла. До собрания руководители объединения горячо рекомендовали мне Николая Сергеевича:
— Передовой бригадир, ветеран предприятия, человек авторитетный. Вот с кем вам надо поговорить.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.