Росла коммуна! Есть ли расчет засиживаться дома в девках белореченским невестам, когда под боком села появились такие добрые женихи - целая коммуна хозяйственных, думающих о завтрашнем дне холостяков. В яслях делало заявку на жизнь потомство славной червоноармейской, пустившей в землях, что у Чулыма в Сибири, прочные, здоровые ростки.
Вокруг первой артели «Красная делегатка» с новой силой забурлили страсти. Саннова и Минеева откололись, но зато влились Тимофеевн Наталия и Седельникова, пришла Маруся Фомина, притащилась даже старуха Каринкина. Это было уже началом настоящего колхозного прилива весны тридцать первого года, когда в артель в один день вступило несколько десятков мужчин. Они дали отвод названию «Красная делегатка».
- Теперь уже не соответствует женскому назначению, как мы есть мужчины и нас больше, - мотивировал отвод степенный середняк, предложивший назвать артель «Красным колосом».
Противный лагерь тоже не сидел сложа руки. Через улицу вырос «Красный яр», делами которого уселся управлять кулак Непомнящий Павел. Но коммунары, искусно расслоив колхоз, вывели из его состава бедняков и середняков, перетянув их в «Красный колос», который вырос настолько, что решил теперь наименоваться «Красным Октябрем». Оставшиеся не при чем в «Красном яру» несколько кулацких хозяйств подались обратно, в «зажиточные единоличники».
С долгожданным трактором, полученным в подарок из полка, выезжала сеять свои 660 га в весну 1931 года славная червоноармейская коммуна, с честью выдержавшая суровый классовый экзамен зимой - в борьбе с климатом, весной и летом - в жестоких схватках с кулачеством.
Бывший врид. прачка Михайло Иванович Бондаренко, окончив трехмесячные курсы по животноводству, забрался на головокружительные командные высоты: его назначили главным животноводом коммуны, имеющей МТФ на 100 коров, свинарник с поголовьем в 189 штук и овечье стадо в 227 голов.
Михайло Иванович, отморозив ухо во время возки воды на завод, нашел способ как перехитрить сибирскую зиму, не затрачивая денег на покупку овчин и мехов для шубы. Он организовал крольчатник на 600 кроликов.
- Мех на теплые шапки с наушниками и рукавицы, а мясо на детплощадку, - подмигивает он мне хитрым, серым глазом, в котором загораются искорки торжества.
Коммуна, не остановившись перед коллективизацией одного только Белого Яра, сферу своего влияния распространила и дальше.
- Ворошиловский колхоз? Колхоз «1 Мая»? Так це ж мы их весной сорганизовалы, - спокойно подтверждает случайно подслушанный мною в Ачинском райземе разговор Григорий Заноха - бессменный председатель коммуны.
Разговор об этой скромной, незаметной коммуне идет не только в ачинских учреждениях. Да и как ему там не идти, если Райкол - хозсоюз берет инструкторов из коммуны, если потребсоюз приглашает на работу Даниленко и Прокопьева, если в КИРКИ - получает путевку Лемякин, если секретарем ачинской деткомиссии выбирают Чертивицкого, если пом. директором свиноводческого совхоза посылают Передирия, если руководят: Больше - улуйской партячейкой - Наровянский, а соседней коммуной ИМИД - питомец N - ной украинской - Коровинский!
Разговор об этой скромной и незаметной коммуне, каких в Сибири немало, идет не только в ачинских районных учреждениях. Разговор о них идет в тайге. Большой разговор.
Рядом, в 10 минутах ходьбы, вырабатывают 100. Перейдите овраг, идите по направлению к Чулыму, и вы убедитесь ь этом сами. Но вот выходит коммунарка Маруся Докова и учетчик заносит результат: - за. Появляется Фрося Спичкина:
- 317.
Спешит Кузменкова:
- 460
Торопится Тарапанова:
- 472.
Не разгибает спины Лысенко Марфуша:
- 500.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.