Хоб проглотил слюну и сказал:
- Вы... вы хотите сказать, что за весь полёт ни разу не определили пути самолёта по звёздам?
- Сперва я пытался, но октант был слишком сильно повреждён, - он улыбнулся своей милой, детской улыбкой. - Вот почему вы сбили меня вначале с воздушной скоростью. С поломанным октантом, видите ли, каждое наше движение должно быть совершенным.
Хоб, недоверчиво мигая, смотрел на него:
- Значит, мы летели исключительно слепым полётом?
- Да, сожалею, что пришлось...
- Сожалеете?! - завопил Хоб. - Какого же черта вы сразу не сказали нам об этом проклятом октанте?
Яблочки вновь появились на щеках Чарли и, смущённо улыбаясь, он ответил:
- Я не хотел беспокоить вас обоих, сэр...
Хоб ничего не сказал. Он просто обнял юношу за плечи, и так, обнявшись, мы все трое вошли в штаб. У нас был штурман.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.