- Я рада, - шепчет она, - что Петя остался.

И с ненавистью комкает лоскуток.

« Трепло твой Петя, - горько думает Павел, - небось, меня не пожалеешь. Вот расскажу, что он с Манькой целуется» .

Но вместо этого говорит:

- Не знаю, придется ли нам еще говорить.

- Почему?

- Меня убьют.

- Глупости!

- Мне надоело жить, я сам пойду под пулю.

- Чего так? - допытывается она.

- Так. Надоело. Пусть убьют. Кроме отца да матери, плакать обо мне - некому. Убили бы Петьку, то пожалели бы, а обо мне убиваться некому.

Долгое молчание.

- Ну, пока!

- Пока.

Он уходит, не оглядываясь. Проскакал день, взмыленный, звонкий, суетливый, полный тревог спешки, надежд, отчаяния, как и все тогдашние дни. Вечером на заводе в клубе играли пьесу в честь отъезжающих на фронт. Когда ситцевый занавес разбежался на половинки и начали играть, зал заерзал, заскрипел скамейками, в разных концах забулькали.

- Глянь, глянь, у Ваньки штаны расстегнулись!...

- Городовой выглядывает. Долой городовых!

- Эх, миляга не замечает!...

- Тишааа!...

Со сцены гудело:

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• …
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• …
• 14
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.