стоящие хозяева, которые даже гвозди выдавали по счету: двадцать – так двадцать, возьми и больше не приходи. Это была категория старых десятников, которые умели каждую досочку экономить. Сейчас на смену им пришла молодежь. Конкретной экономикой она мало интересуется, не умеет рассчитывать, сколько доски, сколько гвоздей, сколько чего другого надо. И поэтому все дается широко, с размахом. Если доски – лесовоз. Если краски – бочку. Гвоздей – ящик. Ну, куда это годится? У меня в бригаде еще в пятидесятых годах сидели два деда. Один гвозди выдергивал и выпрямлял, другой старые доски в порядок приводил. Все это сдавалось прорабу, а рабочие получали определенную доплату. Рассказал об этом одному современному руководителю, тот отнесся иронически: мол, выгоднее новые гвозди сделать. Не пойму – кому выгоднее? При таком положении от наших - хозяйских качеств останется один только лозунг «Товарищ, помни: ты не гость – береги на стройке каждый гвоздь».
– Есть еще и некая внешняя причина; ее характер трудно понять. Вот вы называли бригады Грекова и Глушенко. Я тоже был у них, знаю, какие они умелые хозяева – это все признают. Но происходит что-то странное. Глушенко, несмотря на великолепную работу, поначалу попал в немилость – как человек с непомерными претензиями. Зная интеллигентного, мягкого Вячеслава, в это трудно поверить. Да и у Грекова не обходится без трений.
– Крупная подрядная бригада – это не только экономика, но и политика. Иметь с ней дело руководителю непросто. Каждая такая бригада – коллектив с государственным значением, с повышенной ответственностью, а стало быть, и требовательностью. Значит, разговор с ней надо вести на равных. И я знаю много случаев, когда руководитель к таким новым производственным отношениям не готов.
В Череповце я был в бригаде одного «передовика», который ничего ни у кого не требует. Есть работа – работает, нет – отдыхает, как на курорте. А заработок ему «выводят». Живет он тихо, мирно, ничего его не касается, ни за что душа не болит. И он всем хорош. С ним спокойно. А у Грекова болит душа за дело. Но душа у него болит настолько, что некоторым руководителям не нравится. Не нравится, потому что Греков стучит кулаком, шумит и требует. Признаюсь, мы, бригадиры, бываем грубоваты. Но надо же разобраться, что стоит за внешней грубостью; легче всего с ходу навесить на человека ярлык скандалиста... Если я взял подряд на объект государственного значения, то почему не могу потребовать, чтобы все работали, как положено?
– «Работать, как положено» – какой смысл вы вкладываете в это определение? Только ли обеспечить бригаду фронтом работ, материалами, оборудованием? Ведь бригада не живет изолированно от внешнего мира, а, стало быть, испытывает и влияние моральной обстановки, сложившейся вокруг нее. Иначе говоря, мы подходим к вопросу о стиле управления рабочими коллективами в масштабах целого предприятия.
– Я возвращаюсь к тому, о чем мы уже говорили, – надо бы внимательней присмотреться к опыту людей, работавших в прошлые годы, в данном вопросе – к их стилю управления. Об этом стиле я сужу по своему отцу – крупному руководителю в тридцатые годы. Он был тогда директором треста совхозов Поволжья. Сам постоянно разъезжал по хозяйствам, и к нему в Сталинграде нередко приходили по своим делам рабочие совхозов. Отец никогда не принимал их в служебном кабинете, он всех приглашал к нам домой обедать. Почти ежедневно в нашей гостиной собиралось 14 – 15 человек рабочих – вся зарплата уходила на эти обеды. Между прочим, с руководящими работниками треста отец себе такого не позволял... Сути разговоров – а часто и споров, весьма горячих, – отца и рабочих я, конечно, в полной мере представить не мог, но отлично помню, что разговоры шли на равных. Не как с «начальством», а как с товарищем по работе. Отец получал информацию из первых рук, его лично знали тысячи рабочих. Впрочем, где встречаться с рабочими – дело индивидуальное. Плохо то, что иные руководители вообще не находят времени для таких встреч. Кроме присутствия на собраниях. Но общения только через стол президиума я не признаю.
– Возможно, масштабы работ, объемы современного хозяйства просто не оставляют времени для другого общения?
– А у отца разве хозяйство малое было или задачи несложные? Поднять сельское хозяйство в Поволжье в тридцатых годах разве было легко? Нет, без личного обращения к человеку дело не поднимешь, тем более – масштабное.
В пятидесятых годах строил я крупный глиноземный завод в Бокситогорске. Был там у нас управляющий трестом Чернов. Каждый день он начинал на стройке, в рабочих коллективах. Это заменяло ему долгие и часто бесплодные оперативки. Обстановку Чернов знал досконально, вникал во все, даже мелкие проблемы. До сих пор помню, какой скандал закатил мне за пару. лопат бетона, оставшегося на земле! Потом долго еще мою фамилию склонял за бесхозяйственность... Я с ним работал и в Заполярье. Уже будучи начальником главка, Чернов своему стилю не изменил. Приезжал в бригаду, забирал меня и возил по стройплощадкам, интересовался моими предложениями. И не раз мне удавалось что-то дельное ему подсказать. Такие контакты с руководителями рабочие очень ценят – они помогают даже молодому человеку сознавать себя участником большого дела.
– Владислав Пахомович, недавно создан Всесоюзный совет бригадиров-строителей, а вы избраны его председателем. Какие задачи у совета?
– Прежде всего хочу отметить, что мы не конкуренты и не дублеры других организаций – министерств, ведомств. Наши задачи – распространение передового опыта, привлечение рабочих к управлению. Хотел бы видеть в совете орган, способный в содружестве со специалистами рассмотреть предложения бригадиров, на их основе выработать рекомендации и проконтролировать выполнение. Рабочий, бригадир должны знать, что в совет они могут обратиться с любым предложением, идеей. Кстати, когда я в свое время приехал в Москву с предложением о бригадном подряде, передо мной встала именно такая трудность – не знал, куда обратиться. Ходил наугад по ведомствам, пока идею подряда не зарубили совсем. Теперь я пошел бы прямо в совет... Думаю, со временем к нам присоединятся бригадиры заводов и фабрик: в промышленности бригадная организация труда – дело новое, а строители испокон веков работали старательно. Их опыт будет небесполезен для бригад любой отрасли – если не в плане производственном, то педагогическом, психологическом. Решения совета станут основой для работы советов бригадиров предприятий, отраслей, городов. Словом, совет должен стать не бюрократическим – деловым органом. А как это будет, какими мы покажем себя хозяевами, зависит от нас, бригадиров, от всех рабочих.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.