– Хосе, – запрокинув голову, обратился к вахтенному Карло, – пусть выделят четырех человек. Нужно груз перенести. И учти, дело срочное, на разгрузку дается не больше пяти минут.
Ко времени описываемых здесь событий «Аполло» уже исполнилось 36 лет. Возраст почтенный для любого мало-мальски себя уважающего судна. А «Аполло» по праву мог претендовать на определенную роль в истории. Сойдя со стапелей английских верфей в 1938 году,«Ройал скотмен», как тогда был окрещен корабль, должен был бы использоваться как корабль поддержки. Но вскоре началась вторая мировая война, и на борту «Ройал скотмен» размещались английский и американский штабы военно-морского флота. В то время экипаж корабля состоял из 50 человек – вполне достаточный для боевой единицы водоизмещением всего лишь в 3200 тонн.
Военно-морская часть биографии «Ройал скотмен» завершилась в 1968 году, когда его приобрела в собственность известная нам компания ОТК. Экипаж яхты (потому что, по существу, это яхта, причем, вероятно, ее можно считать самой большой яхтой в мирэ) увеличили в пять раз, и теперь личный состав ее насчитывал 300 человек. «Ройал скотмен» перестал существовать, сменив название на «Аполло». Яхту модернизировали и установили на ней самые современные средства связи и навигационное оборудование. Затем на корме подняли флаг государства Сьерра Леоне, но вскоре сменили его на панамский. «Аполло» являлся флагманским кораблем флота, принадлежащего ОТК, которая владела и двумя другими кораблями («Афина« и «Диана»).
Район действий «Аполло» – побережье стран Западной Европы, Северной Африки и Средиземноморья. Из портов Иберийского полуострова «Аполло» предпочитал находиться в португальских портах Лиссабон, Сетубал, Лейшоеш и испанском порту Виго, а также порту Фуншал на португальском острове Мадейре и порту Санта-Крус-де-Тенерифе на принадлежащих Испании Канарских островах. С февраля 1972 года по 1974 год «Аполло» в общей сложности стоял 332 дня в Лиссабоне, 181 день в Сетубале, 112 дней в Фуншале и 45 дней в Лейшоеше!
На борту «Аполло» постоянно находились одна группа спортсменов и две артистические группы: «Трубадуры «Аполло», «Звезды «Аполло» и «Звезды танца». Но главное, там имелись сейфы, в которых хранились 150 тонн документов. О документах я расскажу несколько ниже, а что касается артистических коллективов, то они выступали с концертами перед приглашаемой на яхту местной публикой в портах пребывания, в то время как специальный персонал устанавливал контакты, завязывал связи и занимался «социологическими исследованиями». По сообщениям печати, «Аполло» крейсировал у берегов Чили перед фашистским путчем и свержением конституционного правительства Сальвадора Альенде, «Аполло» находился у берегов Греции во время переворота, организованного «черными полковниками». После 16 марта 1974 года, когда имела место попытка военного переворота в Португалии, «Аполло» вошел в порт Сетубал. Одним словом, эта яхта обладала одной удивительной особенностью – появляться всегда у берегов тех стран, где происходили какие-нибудь события, связанные с возможным изменением существующего режима.
Летом 1974 года журналисту лиссабонской газеты «Диариу Полупар» Силва Моура удалось совершить небольшую экскурсию по «Аполло». Вот выдержки из репортажа...
«Меня поразила прежде всего служба связи: около десятка телетайпов, действующих круглые сутки и передающих закодированную информацию, являющуюся сплошной абракадаброй для людей непосвященных. Как объяснили сопровождавшие меня сотрудники ОТК, в частности сам капитан Уильям Робертсон, закодированная информация пересылается по телетайпам в главную контору компании. Я проходил по коридорам, заставленным бронированными сейфами, в которых, как мне любезно сообщили, хранятся картотеки. Я шел мимо кают, в которых работали десятки людей, сидевших за столами, заваленными бумагами и заставленными телефонами, а также радиотелефонами. Я, конечно, спрашивал, что это все означает, и мне отвечали, что информация, отправляемая по телетайпам, закодирована для того, чтобы уменьшить расходы на отправку обычных многословных информаций и что информация отправляется в Соединенные Штаты и там помещается в архивы предприятий и организаций, которые обращались и продолжают обращаться в настоящее время в ОТК за консультацией и помощью. Работу на яхте ведут специалисты ОТК в областях, связанных с методами управления и рекламой. В большинстве своем это граждане США, а также мексиканцы, итальянцы, немцы, аргентинцы и, естественно, испанцы и португальцы. Несгораемые шкафы и сейфы нужны для хранения конфиденциальных документов, получаемых от клиентов, и ОТК гарантирует стопроцентное сохранение секретности, даже «от любой полиции». Большое количество телефонов и радиотелефонов необходимо для поддержания и обеспечения связи с клиентами, на которых ОТК работает в настоящее время. Однако что это за фирмы и компании, мне никто не пожелал сказать».
...Прошла неделя. Первая бурная неделя новой для португальского народа жизни. Не была она простой и для Эберта Окуна и его команды. Они не успевали отвечать на запросы, поступавшие из Лэнгли. А тут еще провалы нескольких местных агентов и осведомителей ЦРУ, работавших в ПИДЕ! Правда, их арестовали как сотрудников ПИДЕ, но если начнутся допросы, очные ставки, то не исключена возможность, что кто-нибудь из них проговорится о связях с американским посольством, и тогда начнет раскручиваться веревочка, конец которой может затянуться на шее самого Окуна, и начальство будет вынуждено отозвать его из Португалии. Поэтому, запросив предварительно руководство и заручившись его согласием, Окун начал реорганизацию своего хозяйства. В частности, деятельность СИНДУКТА сократили до минимума. Оставшиеся документы не стали перевозить на «Аполло», а постепенно переправили на территорию посольства.
Длинный, как крокодил, лимузин, даже не притормозив у проходной, въехал на территорию ЦРУ и нырнул в подземный гараж. Это приехал «сам»: директор Центрального разведывательного управления США Уильям Колби, уже около года занимавший столь ответственный в бюрократическом аппарате Соединенных Штатов пост.
Он не был пришлым элементом в системе ЦРУ. В 1971 году Колби непосредственно занимался осуществлением в Южном Вьетнаме «Операции Феникс», в результате которой погибло более 20000 вьетнамских гражданских жителей, в основном женщин и детей. Рвение ответственного за массовые убийства было замечено начальством: Уильяма Колби назначили руководителем отдела «грязных трюков», разрабатывавшего и осуществлявшего операции против правительств и государственных руководителей других стран. В середине 1973 года он возглавлял лично одну из таких операций – против правительства Сальвадора Альенде.
Колби вышел из машины и поднялся на лифте к себе на седьмой этаж. В этом крыле ЦРУ расположено пять лифтов, но одним из них, который поднимается из гаража без остановок прямо на седьмой этаж в кабинет Директора, пользуется только глава шпионского ведомства.
Нажав кнопку, Колби вызвал помощника.
– Разыщите Уолтерса. Пусть немедленно придет.
– Слушаюсь, сэр. За ваше отсутствие был звонок от государственного секретаря. Я сказал, что вы будете в 15 ноль-ноль.
– Спасибо. Да. Уильям Нелсон на месте? Хотя я сам к нему позвоню. Можете идти.
Уильям Нелсон был заместителем директора ЦРУ по операциям.
Колби посмотрел на часы: три минуты четвертогр. Взял трубку правительственной связи, набрал номер госсекретаря.
– Это Колби, добрый вечер, слушаю вас... Да, я внимательно знакомлюсь со всеми депешами, поступающими от Скотта... Нет, на мой взгляд, он на многие вещи смотрит сквозь розовые очки... Сейчас, пожалуй, отзывать Стюарта Скотта чуть рановато... Через две недели я дам вам информацию, полученную из первых рук... Нет, не поздно. Две недели ничего пока не решают... Бай-бай.
Колби повесил трубку, задумался, снял очки, медленными движениями тщательно протер стекла. В кабинет вошли два заместителя – генерал Вернон Уолтерс и Уильям Нелсон.
– Прошу садиться, – произнес Директор. – Не кажется ли вам, что пора несколько активизировать нашу деятельность?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.