– Какую же сторону нашей деятельности желательно активизировать? – вопросом на вопрос ответил Уолтерс.
– Речь идет о Португалии. – Директор сел в кресло, закинув ногу на ногу. – Я считаю необходимым уже сейчас начать подготовку именно к активным действиям. В качестве первого шага создадим «Португальскую оперативную группу»1. Это входит в вашу компетенцию, Уильям. Подберите для нее толковых руководителей. Пусть комплектуют персонал. Для начала выделим человек восемьдесят, а потом будет видно. Вас же, генерал, – шеф повернулся с креслом к Уолтерсу, – я попросил бы совершить поездку в Португалию.
Через день генерал Вернон Уолтерс летел в Париж, чтобы там пересесть в самолет португальской компании ТАП, совершающий рейсы между французской столицей и Лиссабоном. Из аэропорта Портэла он направился в отель «Шератон», где ему уже был забронирован номер.
_________
1 «Оперативные группы» создаются ЦРУ для планирования и проведения быстрых и активных действий в «горячих точках» планеты. Так, в 1960 году была создана такая группа по Конго, в 1962 году действовала «оперативная группа» по Кубе, в 1973-м – по Ливии, в 1975-м – по Анголе.
Кто же такой Вернон Уолтерс? Прежде чем сесть в кресло заместителя директора ЦРУ, он преодолел все ступеньки родственной ЦРУ организации – военной разведки. Уолтерс был особенно доволен своей деятельностью в Бразилии, где, будучи в чине полковника, занимал пост военного атташе посольства США и руководил службой разведки в Рио-де-Жанейро. Под его началом в треугольнике Рио – Сан-Пауло – Бразилия находилось около 900 «специалистов». В марте 1964 года Вернон Уолтерс возглавил проведение самой крупной в своей жизни операции, где на карту была поставлена судьба ключевой страны Южной Америки – Бразилии. Полковник Уолтерс с первых шагов заговорщиков был в курсе всех их планов, за несколько часов до путча он еще раз встретился с одним из его бразильских руководителей, генералом Луисом Карлосом Гэдесом, уточнив все мельчайшие детали и дав «добро» «начинать операцию». Так в Бразилии была установлена военная диктатура, и Вернон Уолтерс несказанно гордился своей ролью в «операции 1 апреля».
Вечером в день прибытия в Лиссабон генерал Вернон Уолтерс созвал в посольстве совещание, в котором участвовало около десятка сотрудников ЦРУ. Среди них были Эберт Окун, Джон Морган, Джеймс Лоулер, второй секретарь посольства консул Антони Арредондо, Лесли Илигус и Филипп Снел.
Уолтерс проанализировал депеши, посланные резидентурой ЦРУ из Португалии, а также из других стран, но касающиеся португальской проблемы, затем дал оценку деятельности агентов ЦРУ, работавших под «крышей» посольства, ответил на заданные вопросы, определил первоочередность задач.
– Ту работу, ради которой вы находились здесь, в Португалии, – сказал Уолтерс, – нужно продолжать и в настоящее время, только все делать наоборот.
Заметив удивление на лицах кое-кого из присутствующих, генерал почему-то обратился к «консулу» Антони Арредондо:
– Вот вы, мистер Арредондо, какую задачу считали главной в своей работе?
– Главная задача, стоявшая перед всем нашим коллективом, заключалась в оказании помощи нашим португальским коллегам в их борьбе против подрывной коммунистической деятельности, и потом мы считали, что находимся в центре, где координируются все антикоммунистические акции в романских странах Европы и аккумулируются все данные, связанные с такими акциями, – без малейшей запинки произнес Арредондо, как будто только и ждал такого вопроса.
– Верно, так вас инструктировали, направляя сюда, этой цели вы отдавали свои силы и знания. Причем в военной среде в основном действовали наши коллеги военные, а мы занимались, строго определенным делом: давали рецепты по коммунистическому противоядию. А теперь все вывернулось наизнанку. Кто сейчас вздумает, если он не душевнобольной, выявлять коммунистов? Или социалистов? Вон они шатаются по городу совершенно открыто, с красными флагами, горланя песни. Раньше мы спокойно ходили по солнечной стороне улицы, а они действовали из подполья. Теперь же все наоборот. Они ходят по солнечной стороне улицы, а нашим друзьям приходится действовать из подполья. Правда, еще не действуют, потому что никакого подполья за минувшие две недели не создали. И наша сейчас главная задача показать этим людям, что мы их не забыли, что они нам нужны и что мы поможем им создать это подполье для борьбы с коммунистами. Работать будет более хлопотно, чем раньше. Предупреждаю: спокойная жизнь кончилась. Пока кончилась. Кто стремился добиться назначения в Португалию, чтобы нагуливать здесь жирок, загорая на пляже рядом с Силва Паишем1, тот сейчас же пусть пишет докладную с просьбой об отставке... На этом наше совещание закрываю, прошу остаться Эберта и Джона Моргана. Остальные могут идти.
– На сегодняшний день, – сказал Уолтерс Окуну и Моргану, – Португалия наш самый горячий участок. Подписан приказ о создании «Португальской оперативной группы». Вчера нас с Директором принял президент. Разговор шел только о Португалии. Вы так расписывали в ваших шифровках антикоммунизм Спинолы, что мы с Колби решили предложить сделать ставку на него. Хотя бы на первое время. Потом фигуру можно будет сменить.
Генерал Уолтерс вынул из внутреннего кармана маленькую записную книжку, не спеша перелистал ее, что-то подчеркнул ногтем, посмотрел на Окуна, приглаживавшего свои рыжие волосы:
– Два маленьких вопроса, Эберт. Каковы ваши предложения в связи с «Аполло» и что намереваетесь делать с этим, как его, «Ажинтерпресс»?
– СИНДУКТА свернула деятельность и передает на «Аполло» лишь коммерческую информацию. Яхту пока никто не беспокоит. Что касается людей из «Ажинтерпресс», то мы с первого мая не поддерживаем с ними контактов. Им нужно перебазироваться или в Испанию, или, что еще лучше, во Францию.
_________
1 Силва Паиш – руководитель португальской охранки ПИДЕ.
– Меня интересует не то, куда они перебазируются, а то, что у них есть компрометирующие нас материалы. Эти антикоммунистические террористы, без сомнения, полезные люди, но достаточно беспечные. К тому же в этом «Ажинтерпресс» много не профессионалов, а любителей. Нужно, не откладывая это ни на один день, послать к ним нашего человека забрать все до одной бумажки, которые им давал кто-нибудь из наших. Вы в одной телеграмме сообщали, что все, касающееся связей с нашими людьми, хранится в «Ажинтерпресс» в отдельной палке, находящейся в сейфе?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.