Роман
Я сижу в белом медицинском халате у дверей больничной Палаты, куда четверть часа назад привезли. Стила. Перепуганная горничная сообщила, что сенатор очень беспокоился: барышня уехала за покупками, но так и не вернулась до вечера, а в это время ему вдруг принесли письмо. Кто принес, она не знает. Обыкновенный посыльный с бородкой и шрамом под глазом. Сенатор вскрыл письмо, прочитал и упал. «А где письмо?» – спросил я. Она не знала: сенатор спрятал его в карман.
К Стилу меня в больнице не допустили. В палате у постели больного собрался консилиум с участием личного врача сенатора, доставившего его в больницу. Я жду и вспоминаю все, что произошло за последние дни. Всего-то два дня, и столько событий, тревожных и настораживающих. Все началось с утра, когда в «Сити-ньюз» объявили о своем отказе полемизировать с реставраторами. Я вышел из отеля и позвал стоявший поблизости фиакр. Он медленно подъехал, но почему-то не остановился, а рванул вперед по улице. В ту же секунду из окна кареты кто-то выстрелил, и я услышал в двух сантиметрах от уха свист пули, скользнувшей со скрежетом по гранитному пилону у входа в отель. Сейчас же выскочили швейцар и дежуривший полицейский.
– Кто стрелял?
Я пожал плечами:
— Лица не видел, а номера экипажа не разглядел.
— Кажется, возница совсем не походил на кучера?
— Не обратил внимания, – сказал я.
Швейцар посмотрел на меня с любопытством и ушел. Полицейский же побежал докладывать о происшедшем начальству. Я оглянулся. Улица была пуста – ни прохожих, ни экипажей. Опасная для меня карета была единственной.
«Совсем как Паскву,- подумал я, – и та же направляющая рука». Почему же стреляли не в Стйла? Во-первых, потому, что убийство сенатора после его выступления сразу бы разоблачило виновников, а во-вторых, роль моя в происшедших за последнее врмя событиях была разгадана, и холодная война определенно и точно закончилась. Начиналась война настоящая. Ликвидировать меня было проще и безопаснее – велика птица, советник сенатора. Не велика, но опасна. И хотя стреляли из полицейского автомата, но стреляли метко – только рывок экипажа чуточку изменил направление пули.
Я вернулся в отель и позвонил в редакцию Мартину.
— Думаешь, Мердок? – спросил Мартин.
— Вероятно, кто-нибудь вроде покойного Пасквы.
— Я тотчас же ухожу из газеты и буду сопровождать тебя, куда бы ты ни поехал.
— Две мишейи вместо одной, – усмехнулся я. – У тебя есть оружие? У меня нет.
— Оружие надо добыть. Стрелять я тоже умею.
Я тут же сообразил, где можно достать оружие. У главного комиссара полиции. И времени терять не будем.
Бойль принял нас немедленно и любезно, хотя и не без удивления, увидев входящего со мной Мартина.
— Что-нибудь срочное, мсье Ано? – заинтересовался он.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Портрет музыканта Козлова, сделанный не без его помощи