Рассказ
– Вам сколько лет? – Он смотрел застывшим взглядом без какого-либо к ней интереса, возвышался над столом грузно, как мешок с песком, и на этом мешке – круглая голова, гладкое, без морщин лицо с тусклыми, равнодушными глазами. Таким он ей виделся, таким, конечно, был и на самом деле.
– Мне двадцать шесть лет, – ответила она полным предложением. Ответила, как ей казалось, независимо и строго. – Это имеет какое-нибудь отношение к делу?
– Абсолютно никакого. Просто спросил.
Секретарша его, худенькая белобрысая девочка Шура, незаметно, каким-то святым духом, вдруг возникла у стола, положила перед ним папку с бумагами и тихим, заискивающим голосом спросила:
– Я пойду, Андрей Андреевич?
– Иди.
Она ушла, верней, проплыла робко и невесомо, дверь закрыть у нее уже не хватило пороху, и было видно, что в приемной погашен свет, что рабочий день закончился.
– Я вас задерживаю? – спросила Женя. Спросила из вежливости. Никто никого в этом случае не задерживал. Она была здесь не в гостях, а тоже на работе. У каждого своя работа. Один сидит в кабинете и руководит. Другой приходит к нему и говорит: «Надо бы вам руководить получше: о каждом человеке, о его жизни думать».
– Нет, я не спешу, – ответил он. – Могу вам уделить еще минут пятнадцать.
Она поглядела на него с сожалением – «уделить». Сколько бы он ни «уделял», каши с ним не сваришь. Но всё-таки надо пронять его, нельзя не пронять. Это не каприз и не прихоть, это ее работа.
– : Вспомните свои молодые годы, – сказала она, – ведь когда-то и вы были молоды.
Он поднял брови, может быть, хотел изобразить удивление, но глаза подвели, по-прежнему в них ничего не отражалось.
– Был. Двадцать шесть мне стукнуло в сорок третьем, в Сталинграде.
– Вот видите, – она глянула так, будто упрекнула, – вы фронтовик, чужое горе не может быть вам безразличным. Я знаю, что такое Сталинград.
За всю их долгую беседу он первый раз улыбнулся.
– Интересно получается: кто родился после войны, знает о ней больше, чем мы.
И замолчал, задумался.
Тянет время. Женя многозначительно вздохнула.
– Так что будем делать, Андрей Андреевич, с Байковыми?
– Не знаю.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.