Вспомнив совет Кабакова, Чикашвили сказал беззлобно, но вполне определенно:

— Не путайся под ногами, Дуб. Если хочешь слетать, распускай лямки, втискивайся в парашют, а не хочешь, так чеши отсюда.

И Дубровский тихо исчез.

Чикашвили обнял Баркана за плечи, отвел в сторону и спросил:

— На чем летал?

— Истребитель.

— Почему списали?

— Медицина плюс характер.

— Давно?

— Шесть лет.

— Ясно.

И они уселись на траве и начали размахивать руками, изображая ладонями летающие самолеты.

Режиссер и ассистенты суетились около ангара. Здесь должны были снимать несколько мелких эпизодов и две массовки. Курсанты, выряженные в праздничные комбинезоны, репетировали проходы и построения. На пустой бочке сидел Кабаков и наблюдал за всем происходящим на летном поле. Чикашвили и Баркан разговаривали.

Потом Баркана позвали: надо было устанавливать камеры и пробовать свет.

Чикашвили остался лежать на траве. Он кусал травинку и не заметил, как подошел Кабаков.

— Не помешаю, Реваз Илларионович?

— Нет. Присаживайтесь, Алеша.

— Что вы сейчас делали?

— Думал.

— Можно спросить, о чем?

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• …
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.