Рассказ
Моросит сегодня с самого утра. И вчера моросило. Может быть, и завтра будет дождь. И еще несколько дней. Потому что уже осень. А осенью в нашем городе всегда много дождей. Я стою у окна. Отсюда сверху виден весь наш квартал. Он не очень большой. Домов восемь. Если бы меня спросили, чем он отличается от других кварталов нашего города или других городов, я бы, пожалуй, не ответил. Наверное, ничем. Дома как дома. Самое в них примечательное то, что они какие-то очень свежие. Особенно если нет туч. Тогда в окнах много солнечных бликов. И кажется, что дома улыбаются.
Город весь из таких кварталов. И все-таки наш мне кажется лучшим. Потому, что он на самой окраине и прямо из окон можно пожимать лапы высоким соснам. А может, потому, что по утрам его обволакивает туман, который пригоняют ветры с сопок, раскинувшихся совсем рядом, и тогда он кажется прозрачным и задумчивым.
А эта лента асфальта, уходящая в сопки, к заводу? Она лучше смотрится в дождь: блестит, как лоскут фольги.
И еще вертолет... В одни и те же часы пролетает он над нашими крышами. Он перевозит пассажиров на. большой аэродром за сопками. Там садятся белые лайнеры. Интересно, как выглядит наш квартал сверху? Я никогда не летал на вертолете. Вот он повис над самыми крышами. Значит, уже семь часов. Значит, сейчас начнет просыпаться квартал.
Одна за другой раскрываются двери подъездов. Все устремляются к «Гастроному». Нет, не за покупками. Просто у «Гастронома» остановка автобуса. В семь десять первый рейс на завод.
Все расписано по минутам. Дом напротив. Подъезд, распахнутая дверь. Худой человек в пальто, застегнутом на все пуговицы. Сейчас на втором этаже откроется окно и выглянет из него заспанная девчонка. Это повторяется каждое утро. Вот, пожалуйста.
– Папа!
Ну, конечно, папа и сегодня забыл завтрак. Секунда – и девчонка на тротуаре. Это Надя Зорина, моя лучшая ученица. В руках у нее завтрак, завернутый в газету. Отец треплет ее по щеке.
Дождь моросит реже, квартал становится оживленнее. К подъезду рядом с Надиным домом выкатил свою «Волгу» Виленев, инженер с завода. Что ни говорите, а собственный автомобиль в двадцать пять лет – это не очень здорово. Лицо Виленева – сплошное самоупоение. А как играет ключиками от машины!
Обиднее всего, что Виленев – сосед моего ученика Альки Спе-шнева. Вот Алька выскочил на балкон, и это ему машет рукой Виленев.
Смешно, но всех жителей квартала я воспринимаю только как родителей, знакомых или друзей моих учеников.
Виленев ловко развернул машину, будто оставил роспись на тротуаре, и укатил. И тут же из подъезда высыпали мои ученики, три пыжистых воробья: Ромка Подкрючкин, Витька Сверчков, Ленька Докин. Так, разумеется, в классном журнале. А вообще просто Крючок, Сверчок и Дока. Опять о чем-то спорят. Это их обычное утреннее состояние. Наверное, комментируют последнюю футбольную игру. Удивительно, до чего же заострены их носы! Как зубья в гребешке. Спор прерывает Алька Спешнев – в футбольных делах непререкаемый авторитет. У дома Нади Зориной компания останавливается.
– Раз! – пальцы в рот.
– Два! – длинный свист.
– Три! – чудо-свист.
– Четыре! – Надя Зорина в окне.
– Пять! – Надя Зорина на тротуаре.
Считал Алька, свистели Крючок, Сверчок и Дока, смеются все. Можно подумать, что они не виделись целую вечность. А вчера блестяще сорвали мне урок. Обидно. Всю ночь учил наизусть Пушкина. Думал, будут слушать как завороженные. Ничего подобного. Трудно быть начинающим. Педагогом – особенно.
Три пыжистых воробья скрылись где-то в проеме домов. Надя и Алька идут вместе. Надя пытается пройтись по ребру низкой чугунной оградки. Разумеется, это трудно. Нужна рыцарская поддержка. И потому На-дина рука в руке Альки. Надя напевает какую-то песенку, состоящую из одних ля-ля-ля, ля-ля-ля... Для нее и для Альки «ля-ля-ля» означает, что некуда торопиться, пусть себе моросит дождик, и вообще все очень здорово.
Надя и Алька, без сомнения, дружат. Их дружба меня немного смущает. Потому что Алька... В общем, он все время срывает мне уроки.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.