Палка со свистом разрезала воздух. Путник в шинели успел отскочить в сторону и ехидно заулыбался, показывая гнилые зубы.
- А - а - а... Кулацкий ублюдок! - взревел инвалид, устремляясь за ним.
Я стоял, не зная, что предпринять.
Происходила какая - то странная игра: путник в шинели пятился, а инвалид, неуклюже переваливаясь, наступал на него, размахивая палкой.
Мне стало жаль инвалида. Я противник всяких скандалов, но в эту минуту мне от души хотелось помочь ему. У меня даже мелькнула мысль: поймать человека в шинели и придержать... Не знаю, чем бы кончилась ссора, если б не мое вмешательство. Подойдя к инвалиду, я положил руку на его горячее, потное плечо.
- Успокойся, браток... Давай лучше закурим.
Инвалид поправил выбившуюся из штанов рубашку, смахнул с лица крупные капли пота и протянул дрожащие пальцы к портсигару.
- Гадина! - глухо проговорил он, жадно глотая дым и трогаясь с места.
Мы шли рядом, а человек в шинели шагах в пяти позади нас. Повидимому, он боялся подходить ближе.
Солнце все так же пекло. С клеверного поля тянул густой, солодкий аромат. Нечем становилось дышать, мучила жажда.
Вспоминая только что разыгравшуюся сцену, я с трудом сдерживал смех. Чтобы не расхохотаться, справился о сенокосе.
Инвалид улыбнулся и повернул голову.
- Эй, Пенкин, кулацкая душа, когда косить начнешь? - обратился он к своему злодею.
Мне не верилось, что этот человек всего несколько минут назад имел такое злое, искаженное лицо.
Пенкин ответил не сразу. Он уже без страха подошел к инвалиду, перебросил с одного плеча на другое сапоги, посмотрел на небо, зачем - то понюхал сухой воздух и нехотя процедил:
- Ну и злой же ты, Бычков. Ужасти!...
- Попадешься ты мне когда - нибудь под горячую руку.
- А косить пора бы. Погода только ненастная. Непременно дождь будет.
- С неба тебе сообщили?
- Не с неба. Примета. Накануне рожества метель была сильная. Тебе вот, голодранцу, ничего знать не надо, лежи да полеживай - государство накормит, а у меня хозяйство. А хозяйство водить - не разиня рот ходить. Что потопаешь, то и полопаешь...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
История уникальных часов