Слова Желтого Дракона долетали до Тана откуда-то издалека. Поначалу он плохо понимал их смысл, уловив лишь, что Желтый Дракон доволен им. Причина же его гнева – Красный Жезл. И постепенно страх улегся, уступив место злорадству. Желтый Дракон говорил что-то еще, но Тан был не в состоянии его слушать. Ненавистный актеришка, неизвестно каким образом забравшийся так высоко, повержен, смят, раздавлен. «В «Син Леоне» больше не будет появляться его наглая, самодовольная физиономия! Это ничтожество больше не будет заставлять Тана прислуживать себе как паршивого официанта и исполнять все его прихоти, не будет орать на него. Все! Занавес опущен, и юпитеры погасли. Так, кажется, любил выражаться этот комедиант.
– Я вас спрашиваю, Красный Жезл, – вдруг отчетливо услышал Тан голос Желтого Дракона.
Он затравленно посмотрел вокруг себя, но в комнате, кроме него и Желтого Дракона, больше никого не было. Тан ошалело уставился на главу «Анг Сун Тонг».
– Я вас спрашиваю, Красный Жезл, – повторил тот, глядя на Тана. – Вам известны тайники этого человека?
До Тана, наконец, дошел смысл сказанного: Красный Жезл – он, а «этот человек» – его босс. Точнее, бывший босс. Такого поворота Тан не ожидал. Даже в мечтах он не возносил себя на место Красного Жезла. И вдруг... Он все еще не решался поверить своим ушам. Неужели все это происходит наяву? Неужели Желтый Дракон назвал его Красным Жезлом?
– Вы соизволите, наконец, ответить мне, Красный Жезл? – недовольно произнес Желтый Дракон. – Или на радостях вы потеряли дар речи?
Красный Жезл... Он Красный Жезл. Совершенно обезумевший Тан на коленях пополз к Желтому Дракону, схватил его худую, бледную руку и прижался к ней своими лоснящимися губами. Глава «Анг Сун Тонг» брезгливо поморщился.
– Да, экселенц, – забормотал новоиспеченный Красный Жезл, – я знаю, где его тайники, я смогу их найти... Если вы позволите, я сейчас же...
– Сейчас не нужно, – перебил Тана Желтый Дракон. – Вы отправитесь туда в семьчасов, когда
начнется ритуал. В первую очередь меня интересуют героин и документы. После этого придете на ритуал, чтобы взять в руки карающий меч Красного Жезла. Желтый Дракон поднялся с кресла и, не обращая больше внимания на все еще валявшегося у журнального столика Тана, вышел из комнаты.
– Патрик, я не могу больше. Мне страшно. Мне почему-то кажется, что он обо всем догадывается.
Джун умоляюще посмотрела на шагающего рядом Ло.
– Джун, дорогая, ты должна продержаться еще немного. – Инспектор взял свою спутницу под локоть, тихонько сжал его. – Ведь ты у меня умница. Попытайся разобраться в нем, понять, что он из себя представляет. Нам очень нужен человек из этой банды. Иначе нам до нее не добраться. Если в нем осталась хоть капля человеческого, ты это увидишь. Не знаю, каким образом, но ты это поймешь. От тебя сейчас зависит многое. Тебе решать, состоится у меня с ним разговор или нет.
– Нет, у меня ничего не выходит. Наверное, я не умею разбираться в людях. Иногда, кажется, что он способен чувствовать: в прошлый раз он с таким жаром говорил о своем одиночестве, о том, что не удовлетворен жизнью... Но я знаю, кто он, и у меня создается впечатление, что он просто играет.
– Тебе понадобилось совсем немного времени, чтобы разобраться во мне. – Патрик попытался шуткой подбодрить Джун.
Та слабо улыбнулась.
– Скажи, а если... если он такой же, как и вое они, что тогда?
– Тогда мы оставим его в покое, чтобы не настораживать «Анг Сун Тонг», и будем искать другие пути.
– Ах, Патрик, я ужасно боюсь. Боюсь его, боюсь подвести вас. Вдруг мне покажется, что с ним можно говорить, а на самом деле это не так?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.