– Сомневаюсь. Игра, которую он затеял, требует минимум участников.
– Все будет исполнено, экселенц. Низенький человек не уходил.
– Что еще? – осведомился Желтый Дракон.
– Пришел Тан...
Тан сидел на краешке стула, ежесекундно облизывая пересохшие губы. Ужасно хотелось пить. Правая щека зудела, и он натер ее докрасна. Ему все время казалось, что сейчас откроется дверь и появится Красный Жезл. Но дверь не открывалась, и босс, перед которым Тан испытывал животный страх, не появлялся. Тан пытался успокоить себя: он не может встретить здесь Красного Жезла, это исключено. Раз Желтый Дракон что-то имеет против Красного Жезла, он не станет разговаривать с Таном в его присутствии. А в том, что Красный Жезл попал в немилость, Тан почти не сомневался. Он чувствовал это нутром. Иначе Желтый Дракон не стал бы присылать к Тану специального гонца, а вызвал бы его на встречу через Красного Жезла. И все же нервы отказывались слушаться. Дрожь неприятным покалыванием забиралась под самое сердце. Тан подумал, что ему гораздо легче было бы всадить нож кому-нибудь в спину, даже зная, что за углом стоят десять полицейских, чем сидеть здесь и ожидать встречи с Желтым Драконом. Если бы было можно. Тан с удовольствием покинул бы этот вселяющий в него трепет особняк...
– Экселенц ждет тебя, брат, – прервал его размышления негромкий голос, и Тан мог поклясться бы, что голос этот прозвучал из преисподней – таким жутким и замогильным он был.
Хозяин «Син Леона» вздрогнул и осмотрелся: кругом никого не было. Он поднялся со стула и нетвердыми шагами, словно вместо ног у него были протезы, двинулся к двери.
В помещении, куда вошел Тан, царил зеленоватый полумрак. Желтый Дракон, будто восковое изваяние, с закрытыми глазами неподвижно сидел в черном кресле. При виде его у Тана моментально выскочили из головы слова, с которыми он должен был по ритуалу обратиться к главе «Анг Сун Тонг». Он наклонился всем туловищем вперед, как того требовал обряд приветствия, и, уставившись в пол, замер, холодея от собственной забывчивости.
– Небо да покровительствует вам, вождю... Великого братства... рожденного:., под знаком... Мин, – начал наконец Тан.
Последовала длинная тирада, от которой Желтый Дракон милостиво освобождал свое ближайшее окружение, отнюдь не считая тривиальной старую истину, утверждающую, что время – деньги. Тан замолчал в ожидании, когда Желтый Дракон разрешит ему разогнуться.
– Повинуйся Небу, служи Правде – наградой тебе будет право наслаждаться Великим спокойствием, – произнес Желтый Дракон и, разрешив взмахом руки хозяину «Син Леона» выпрямиться, спросил: – В чем главный твой долг?
– Забота о нашем Великом братстве, – чуть слышно ответил. Потом, спохватившись, добавил: – ...экселенц.
– Братство добром платит тем, кто бескорыстно предан ему и честен перед ним, – медленно проговорил Желтый Дракон. – В верности клятве – наша сила. Триста лет существует могущественный триединый союз Неба, Земли и Человека. И еще десять тысяч лет простоит он, потому что безжалостно будет карать отступников, завистников и непокорных. Если совесть твоя чиста, братство отблагодарит тебя. Но берегись, если черные помыслы руководят тобой. Отвечай: честен ли перед Великим братством твой старший брат – Красный Жезл?
От этих слов у Тана закружилась голова. Не слыша самого себя, в каком-то полуобморочном состоянии, путаясь и запинаясь, он рассказал главе «Анг Сун Тонг» о том, что видел в ночь ареста Белого Бумажного Веера. О том, что он сказал Красному Жезлу о предательстве Ко Ина. О том, что Красный Жезл, несмотря на это, отправил сержанта к Белому Бумажному Вееру. Что он, Тан, видел своего босса на Кеонг Сайяк. Что тот через мальчишку передал записку полицейским, что сразу же после облавы и ареста Белого Бумажного Веера он встречался с каким-то человеком. Закончив свой сумбурный монолог, Тан почувствовал, как от напряжения у него взмокли ладони. Он взглянул на Желтого Дракона, но лицо главы «Анг Сун Тонг» по-прежнему было непроницаемым. В полной тишине прошла минута, затем другая, но Тану показалось, что он стоит здесь уже несколько дней.
– Почему ты оказался на Кеонг Сайяк и почему поехал за Красным Жезлом? – медленно спросил Желтый Дракон. – Разве ты знал, что он собирался делать?
Ноги у Тана подкосились, и он рухнул на колени.
– Я... я... он...
– Не доверять старшему брату – значит не почитать его. А непочтительность – мать неповиновения. В «Канонах» сказано, что в древности правители ходили походами на непочтительных, рубили им головы, складывали из них холмы, и это было величайшим наказанием...
Тан хотел что-то произнести, но не мог. Из полуоткрытого рта, сведенного судорогой, доносилось лишь мычание. Желтый Дракон умолк, достал из черной коробки сигарету и закурил, с удовольствием разглядывая обезумевшего от страха Тана. Он любил подобные зрелища, любил, как он сам выражался, «созерцать людей в их естественном состоянии».
– Но наши предки говорили, – продолжал Желтый Дракон, дав возможность Тану немного помычать, – что старший брат, не почитающий родителей, заслуживает такого же отношения к себе со стороны младшего брата. Значит, ты поступил правильно. В тебе говорила кровь достойного члена нашего Великого братства.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.