Не так давно я получил небольшое письмо от учеников одной из харьковских школ. Выпускники десятого класса просили меня приехать к ним и рассказать о своей работе, о специальности фрезеровщика, о заводе. Такие приглашения я получаю довольно часто и откликаюсь на них охотно. Мне понятно стремление молодых людей послушать кадрового рабочего. Не раз на этих встречах я замечал, с каким жадным вниманием юноши и девушки слушают меня. И в то же время часто убеждался, что мало, очень мало знают школьники о производстве, плохо представляют себе жизнь и работу на заводе. И это заставило меня задуматься...
Каждый год сотни тысяч молодых людей оканчивают среднюю школу. И хотя перед ними открыты самые широкие дороги, многие из них видят только одну - прямо со школьной скамьи в институт. А есть такие, которые еще толком не решили, кем же им быть, куда идти. Жизнь они знают плоховато, собственного опыта у них мало, и начинаются бесконечные раздумья и колебания.
Не раз мне приходилось слышать всякого рода сомнения относительно работы на заводе. Одни считают, что специальность рабочего не дает достаточных возможностей для роста, другие опасаются, что труд у станка лишит их возможности учиться дальше, третьи полагают, что на производстве мало возможностей для творчества. Но чаще всего юноши и девушки рассуждают так: за годы учебы в школе у них накопился определенный запас знаний, а на производстве не найдется для этих знаний достаточного применения.
Иные прямо спрашивают:
- А зачем мне становиться рабочим? Зря, что ли, меня учили десять лет?
С молодыми людьми, ищущими себе дорогу в жизни, я и хотел бы поговорить через молодежный журнал «Смена».
Когда - то и передо мной вставал волнующий вопрос: кем быть? Помню, в 1936 году, когда я еще учился в седьмом классе, преподаватель привел нас на Харьковский тракторный завод. Это была обычная экскурсия, но она - то и определила поворот в моей жизни. Завод поначалу ошеломил меня грохотом молотов, гудением станков и машин. Но постепенно в разноголосице звуков я стал угадывать четкий и слаженный ритм работы тысяч людей. Долго простоял я возле фрезерного станка, на котором совсем еще молодой паренек так ловко работал, что нельзя было не залюбоваться его четкими, уверенными движениями.
- Что, парень, интересно? - крикнул мне фрезеровщик. - Поступай к нам, мы тебя трактора научим делать!
Я смутился и пробормотал в ответ что - то невразумительное. Однако слова фрезеровщика, как говорится, запали мне в душу. Я впервые всерьез задумался о своей будущей жизни.
А тут еще довелось мне прочитать в «Комсомольской правде» статью Надежды Константиновны Крупской «Выбор профессии». До сих пор вспоминаются мне слова этой статьи: «Мы должны бороться с пережитками старого взгляда на физический труд, как на нечто такое, на что обречены проклятием божьим миллионы людей. Должны бороться со стремлениями во что бы то ни стало попасть в вуз, «выйти в люди», в инженеры. В этом стремлении иногда отражается старый взгляд на людей «от станка»,
взгляд сверху вниз на людей, занятых физическим трудом».
Надо сказать, что физический труд никогда не пугал меня. Наша семья была работящей, и меня с детства приучали уважать труд. Работать на производстве, своими руками создавать трактора, столь нужные стране, - это желание окончательно определило мою судьбу. Еще не зная точно, какова будет моя специальность, я твердо решил: стану рабочим.
Поступил в ФЗУ, постиг основы фрезерного искусства.
Конечно, это было только начало. В первые дни работы на тракторном заводе я, выпускник ФЗУ, честно говоря, ничем особенно не мог похвастать. Старался не допускать брака, тщательно отделывал каждую деталь, но до нормы дотянуть мне никак не удавалось.
А тут еще мой сосед по цеху Федор Бажан, тоже новичок, подзуживал:
- Чего ты так копаешься над каждой деталью? Я вот, смотри, запросто план выполняю. Все равно после нас слесаря все детали доводить будут.
Наш разговор услышал мастер Михаил Михайлович Козлов.
- Ты, Федор, загодя не хвастайся, - сердито сказал он. - Слесаря, конечно, детали доведут, а вот тебя брак до добра не доведет. У рабочего человека гордость за свою продукцию должна быть. С наскока, абы как, специалистом не станешь. Стало быть, Лупандину у тебя учиться нечему.
Скоро я стал выполнять норму, а затем и превысил ее.
Работа фрезеровщика нравилась мне все больше и больше. Дошло и до того, что меня даже хвалить начали. Однажды я с гордостью увидел свой портрет на Доске почета. Казалось бы, чего еще осталось мне желать? Но жизнь рано научила меня простой истине: остановишься - отстанешь. Уже в ту пору мне были известны случаи, когда люди, достигшие некоторого успеха, зазнавались, переставали расти, топтались на месте и постепенно превращались из передовых в отсталых.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.