Такая перспектива меня, конечно, не прельщала. Мне было ясно, что нужно идти вперед и неустанно совершенствовать свое мастерство. Однако моих знаний оказалось недостаточно для этого. А ведь было время, когда, подобно многим юношам, мне по наивности казалось, что семилетнего образования для рабочего вполне достаточно. Но опыт работы у станка показал всю несостоятельность такого взгляда. Пришлось снова засесть за школьные учебники, кропотливо приобретать навыки быстрого и грамотного чтения чертежей, изучать свойства металлов, решать задачи по математике, знакомиться с принципом работы металлорежущих станков. И настойчивая учеба пошла впрок: я стал глубже разбираться в деле, в совершенстве постигать свою специальность. Именно в это время мною были предприняты первые попытки внести что - то новое в свою работу.
Фрезеровщики нашего завода изо дня в день пользовались одними и теми же фрезами. Набор их был ограничен. И вот мне пришла в голову мысль: «А что, если создать новые образцы фрез, придать режущему инструменту другую форму?» Мысль была заманчивой, и мне снова пришлось засесть за учебники. Наконец я решился изготовить новую фрезу. Результат превзошел все мой ожидания. Выигрыш во времени был огромный, резко повысилась производительность труда.
Окрыленный этим успехом, я почувствовал, что смог бы стать рационализатором. Но это требовало еще больших знаний. И я продолжал учиться не только по книгам, но и у новаторов.
Учусь я и по сей день. Внимательно слежу за всеми достижениями науки, перенимаю опыт передовиков производства. Без этого вряд ли мне удалось бы по - настоящему овладеть техникой.
На своем станке я применил силовое резание металла по методу В. Колесова, «летучие фрезы» профессора Я. Костюкова, скоростное фрезерование. Но, применяя новые методы, я в то же время стараюсь усовершенствовать их, придумать что - нибудь еще поновей.
Приведу хотя бы такой пример. Наклонные плоскости очень сложны для фрезерной обработки. Долгое время нам, фрезеровщикам, не удавалось точно установить деталь под определенным углом. Чего только мы не применяли: и тиски, и клинья, и поворотный стол, - но ничего путного из этого не получалось. Тогда я попытался подойти к делу совсем по - другому - приспособил для закрепления детали ступенчатую призму. Это коренным образом упростило обработку сложных моделей. Но разве у меня получилось бы что - нибудь, если бы я, скажем, не знал тригонометрию? Значит, недаром столько ночей было проведено за учебниками!
Нет, не правы те молодые люди, которые считают, что десятилетнее образование - это слишком много для рабочего, что они не найдут на производстве применения своим знаниям. Уровень современного производства таков, что рабочий должен знать физику, алгебру, тригонометрию, черчение - то есть основные дисциплины, которые изучаются в средней школе. И, конечно, выпускник десятилетки, пришедший на завод с обширным багажом знаний, быстро сможет стать рабочим высокой квалификации, новатором и рационализатором производства. Немало бывших школьников, которые в прошлом году поступили к нам на завод, сейчас успешно трудятся в разных цехах. Им гораздо легче овладеть специальностью, они лучше осваивают сложную современную технику.
Работа у станка вовсе не исключает всестороннего и разнообразного приложения знаний. Наоборот, повседневная учеба, углубленная работа над собой приводят к дальнейшему росту. Десятки вчерашних рабочих стали на нашем заводе мастерами, технологами, инженерами. Фрезеровщик Черкашин - теперь технолог, бывший рабочий Лабко - начальник цеха. Рост этих и других рабочих стал возможен благодаря тому, что они учились без отрыва от производства, так же, как сотни других учатся сейчас в вечерних школах, техникумах, институтах.
А как заблуждается тот, кто считает, что у рабочего мало простора для творчества!
Вот уже девятнадцать лет я работаю фрезеровщиком - металломодельщиком. Но разве сегодня моя специальность меньше нравится мне? Нет, я еще больше люблю ее, и она всегда будет интересна для меня. Подобно тому, как ваятель из бесформенного куска глины создает чудесную скульптуру, так и фрезеровщик из простой чугунной или алюминиевой чушки вытачивает сложную модель детали.
Моя специальность, как и всякое любимое дело, открывает безграничные возможности для творческих исканий, для повседневного совершенствования.
Настоящий мастер никогда не замыкается в рамки своей узкой специальности. На заводе каждому предоставляется широкое поле деятельности для новаторских дерзаний.
За примерами ходить недалеко.
Раньше на нашем заводе модель гусеничного трака сначала отливали во временную земляную форму. Затем модель проходила длительную и трудоемкую фрезерную и слесарную обработку. Слесарь Ставицкий и я предложили отливать трак в кокиль, то есть в постоянную металлическую форму. Сначала к нашему предложению отнеслись недоверчиво: допустимо ли, мол, в корне изменить давно установленную технологию? Но мы упорно настаивали и добились своего. Результат получился просто поразительный. После кокильной отливки фрезерная обработка сократилась в четырнадцать раз! В этот день я перевыполнил норму в сорок три раза и заработал за смену почти тысячу рублей. Наше предложение дало возможность сэкономить много металла и электроэнергии. По цеху экономия составила восемьдесят тысяч рублей. Таким образом, ранее сложный и Дорогой процесс изготовления модели трака был заменен простым и дешевым.
Для человека пытливого и настойчивого производство открывает безграничные возможности. И мне, кадровому рабочему, обидно за тех юношей и девушек, которые, испугавшись трудностей, не идут в цехи, а оседают в тихой заводи канцелярий. Я вовсе, не хочу охаивать работу служащего, но всем известно, что именно рабочий создает своими руками все те материальные ценности, которыми пользуются люди в своей повседневной жизни. И пусть нелегко бывает первое время новичку, но зато как радостно будет ему со временем увидеть плоды своего труда: сложные механизмы, мощные, совершенные машины! Даже маленький винтик, сделанный своими руками, приносит человеку огромную радость.
Много раз предлагали мне пойти на руководящую работу, но я твердо решил остаться фрезеровщиком. И теперь нисколько не жалею об этом.
Недавно Центральный Комитет нашей партии и Советское правительство собрали в Кремле совещание работников промышленности. Обсуждался вопрос о путях дальнейшего подъема социалистической индустрии. На трибуне зала заседаний бурильщик сменял министра, кузнец - академика, фрезеровщик - директора завода. И как чутко, как внимательно прислушивались руководители совещания к голосу рабочих!
Мне самому довелось выступать в Большом Кремлевском дворце. Я говорил о наших неполадках, о том, как формально передается у нас опыт новаторов. И вдруг из президиума раздался голос Никиты Сергеевича Хрущева. Секретарь ЦК нашей партии горячо поддержал меня.
Говорил я на совещании и о недостатках в нормировании и оплате труда. И как радостно стало у меня на душе, когда прочитал в газетах, что правительство создало специальный Государственный комитет по вопросам труда и заработной платы во главе с товарищем Л. М. Кагановичем.
Совещание работников промышленности было проникнуто подлинной заботой о нуждах производства, о путях дальнейшего расцвета индустрии.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Рассказ