Путевые заметки
Было это лет пятьдесят назад. Один английский географ, ранее побывавший в самом центре Африки, а затем и Австралии, задумал добраться и до центра Азии. Вооружившись книгами и справочниками, он долго что-то высчитывал, затем, удовлетворенно потерев ладони, обмакнул перо и поставил на карте азиатского материка жирную точку. Завершив, таким образом, первую половину своего географического «подвига», он приступил ко второй - двинулся в путь. Дорога была не близкая, но это не смутило англичанина. Он миновал Европу, пересек бескрайние просторы Сибири, перевалил Саянский хребет и спустился в долину голубой реки, которую местные жители называли Улуг-Хем, что по-тувински означало «Большая река». Переправившись через реку, он увидел перед собой плетень какого-то огорода. Решительно преодолев это последнее препятствие, британец облегченно вздохнул и принялся за дело. Тувинцы с удивлением смотрели на сухопарого человека, который наводил секстант на солнце. Определив свое местоположение и увидев, что оно совпадает с точкой па карте, он вколотил в землю небольшой столбик с надписью «Центр Азии» и двинулся в обратный путь. Ни край, лежащий в центре азиатского материка, ни народ, населяющий его, не интересовали географа. Никаких записей после себя этот человек не оставил.
Зато другой английский путешественник, Дуглас Каррутерс, по заданию лорда Керзона тщательно изучил Туву. Свои впечатления он изложил в обширном труде, где, в частности, было сказано: «Живя в пределах страны великих возможностей... туземцы сами уже не обладают чудодейственной силой возрождения и находятся на верном пути несомненного угасания...» Да, тувинцы были нищим, вымиравшим народом. И, должно быть, кочевники-араты так и не сошли бы «с пути верного угасания», если бы не Великая Октябрьская социалистическая революция. За десять - двадцать лет тувинцы с помощью народов Советского Союза миновали две эпохи - из феодального уклада шагнули к социализму. Счастливая сейчас жизнь у тувинского народа. И много в этой жизни необычного, интересного.
* * *
Сразу же за Саянским хребтом, после головокружительных поворотов Усинского тракта, машина выезжает на пыльную дорогу, пересекающую широкие степные долины. Немилосердно палит солнце. Обессилевшие от жары, недвижно стоят отары овец. Даже буйные косяки низкорослых, пугливых коней словно застыли на отрогах хребтов и склонах сопок.
Иногда вдали открываются серебристые полоски озер, но стоит подъехать к тому месту - и зыбкий мираж исчезает на глазах, а впереди снова бесконечная рыжая степь, седые пряди ковыля.
Много легенд и сказок сложил тувинский народ. В них рассказывается о бесстрашных богатырях-аратах, о красивых девушках, юрты которых стояли в сказочных садах, рассказывается о быстроногих, как вихрь, скакунах.
Не зря слагали араты свои сказки и песни: были и есть в Туве и храбрые араты и прекрасные девушки, были и есть добрые кони. А вот садов в Туве раньше не было, хоть о них и говорится в сказках и песнях. Эти сказки и песни передавались от дедов к внукам, кочевали вместе с ними по выжженной солнцем степи, и, наверное, не один арат, слушая их, мечтал о том времени, когда и в Туве зацветут сады...
Но вот десять лет назад из-за Саян пришли в Туву машины со странным грузом. В кузовах покачивались какие-то деревца, бережно завернутые в рогожу. Машины переправились на пароме через Улуг-Хем и двинулись вглубь степи, туда, где у речки Чадана раскинулось хозяйство комплексной сельскохозяйственной опытной станции Сибирского научно-исследовательского института животноводства. Так тоненькие, неокрепшие саженцы плодовых деревьев впервые появились на тувинской земле.
... Опытную станцию мы увидели издалека. Глаза уже устали от монотонной степи, горбатых отрогов Саян и Танну-Ола, поросших колючим карагатником. Уже надоели и мелькающие в стороне от дороги суслики-свистуны и седые орланы, то парящие у самого солнца, то недвижно застывшие на макушках телеграфных столбов, когда с вершины холма вдруг открылся обширный зеленый остров, окруженный, как морем, желтой степью.
На станции шел обычный рабочий день. Полеводы собрались выехать на прополку посевов нового сорта пшеницы, со стороны животноводческой фермы слышались звонкие голоса доярок, а в лаборатории стояла строгая тишина, нарушаемая лишь редким позвякиванием пробирок и колб.
В саду была такая же тишина, как в лаборатории. Ветви яблонь и вишен, казалось, замерли в знойном воздухе, и не верилось, что в такой жаре листья деревьев могут сохранить весеннюю свежесть. Но вот в конце сада послышались негромкие голоса. Вскоре из-за раскидистой яблони появились агроном-полевод Вера Пантелеевна Казанцева и две ее юные помощницы - садоводы комсомолки Чаш Ондар и Хава Кулар.
Директор опытного сада Вера Пантелеевна Казанцева принадлежит к числу людей, которых избранное однажды в жизни дело увлекает так, что никакие трудности и неудачи не могут выбить из колеи. В 1946 году она окончила Мичуринский плодоовощной институт. Студенткой работала в саду-питомнике, заложенном великим Мичуриным. В то время она мечтала выращивать новые сорта яблок, груш, винограда, а ее послали в Туву и сказали, что нужно вырастить там самый обычный ранет и, если удастся, антоновку.
- Недаром, видно, в Туве сады существовали только в сказках, - рассказывает Вера Пантелеевна, - не так-то легко вырастить их в степи, где летом температура поднимается до плюс 50, а зимой падает до минус 45-50 градусов. Да еще без снега. И все-таки выстояли яблоньки, выдержали! Зато и помучились мы с ними. Зимой - кутай, как детей, летом - следи, чтобы не засохли. Но зато теперь видите, какой он роскошный, наш сад!...
Цветущий сад придавал окрестным степям какой-то необычный, обновленный вид.
- Первое время я одна возилась с саженцами, выводила морозоустойчивые, выискивала более живучие сорта, а теперь у меня есть замечательные помощницы. - Вера Пантелеевна ласково посмотрела в сторону Чаш Ондар и Хавы Кулар.
- Девушки эти, можно сказать, - первые садовницы Тувы. Теперь они неплохо разбираются в садоводстве. Даже ездили в колхозы помогать ухаживать за новыми садами.
Казанцева с гордостью рассказывает о садах, появившихся в тувинских колхозах. В трех сельскохозяйственных артелях Дзун-Хемчикского района - имени И. В. Сталина. «Красном пахаре» и «30 лет Октября» - уже разбиты фруктовые сады на площади в десять гектаров. С осени еще несколько тысяч саженцев яблонь перекочует из питомника станции в тувинские степи.
Да и не только яблони «выходят» отсюда. Тысячи лет занимались тувинцы животноводством, а в стадах ходили коровы, дающие всего 300-400 литров молока в год. Путем долгого отбора и скрещивания работники опытной станции вывели новую, отличную породу коров, которые легко переносят суровый климат Тувы и дают по 2 200 литров молока в год. Племенные бычки, родившиеся здесь, на опытной станции, гуляют в стадах колхозов Дзун-Хемчикского, Барун-Хемчикского, Байтайгинского и других районов области.
Представителей новой породы мы увидели во дворе опытной животноводческой фермы. Один из них, веселый, видимо, бодливого нрава бычок, с задорным меканьем носился вокруг телятницы и норовил поддеть ее под бок.
Это был «Варяг», родившийся всего несколько дней назад, но уже ставший настоящим богатырем весом в сорок с ЛИШНИМ килограммов. До позднего вечера кипит работа на зеленом острове опытной станции. Здесь трудится немало комсомольцев. Они выращивают новые саженцы яблонь и вишен, выводят новые породы коров, коней, тонкорунных овец.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.