Им овладела растерянность, потому что даже начальникам нельзя было верить. Ночью часовые поймали невесту лейтенанта, помощника генерала, командовавшего ими. Она возвращалась из лагеря фашистов, куда ходила передавать план расположения республиканских пулеметов.
Бывали дни бездействия, скуки. Тогда юноша думал: «Зачем я пошел добровольцем - студент, беспартийный, одинокий. Верю ли я в то, что взялся защищать?»
Конечно, он ненавидит фашистов. Ночами, переходя от парапета к парапету, он слышит иногда их беседы между собой. Грубые солдафоны, лишенные совести и сердца! Нет, республиканцы иные. Как хорошо говорит командир Галан! Рупор делает сильным его мягкий голос добряка. Галан рассказывает о том, как фашисты разрушают города и села Испании, о помещиках, прогоняющих крестьян с земли и лишающих их последнего хлеба. Потом внезапно, как бы вспомнив что-то, он направляет свой рупор в сторону вражеских окопов, где к словам его прислушивается немало крестьян, которых фашисты насильно погнали на борьбу с республикой. Он кричит, что республика дала крестьянам землю, что республиканские бойцы едят досыта, хорошо одеты и получают по десять пезет.
С фашистского бруствера отвечают:
- Ты лжешь! Вы умираете с голода, у вас нет табака! Сейчас с вами будет говорить священник.
Тут начинаются шум, крики и смех. Затем раздается медоточивый голос священника, карлиста и лжеца, уговаривающего их сдаться во имя бога и родины. И республиканские артиллеристы, начиная стрельбу, непочтительно приговаривают при каждом выстреле:
- Во имя божие!
И опять пустые, долгие, однообразные часы. Юноша проводил их, прислонясь к серому камню, греясь на солнце среди надоевшего пейзажа: высокие сосны, кое-где скудная зелень...
Как и его товарищи, он потерял способность думать о будущем. Даже тогда, когда Галан описывал им, что будет после победы, они представляли себе странные вещи. Один думал, что тогда отоспится вволю, другой, - что будет курить американские папиросы.
Мысль их еще спала: она пробуждалась, когда зарождались подозрения в измене их командира. Внезапно, без всякого основания, они начинали обсуждать его распоряжения, потом отказывались повиноваться, и намеченная операция срывалась.
После того как они получили известие о взятии Пуэнте дель Арсобиспо, их послали в Талаверу де ля Рейна. Юноша не разобрал толком, что произошло. Они приехали поездом, выгрузились, кто-то отобрал у отряда винтовки и роздал их другому отряду. Потом налетели фашистские самолеты, их было много. Все побежали, как муравьи из муравейника, разрытого ногой. Он тоже побежал.
Он бежал по берегу Тахо, прячась в траве, среди оливковых деревьев. Сначала никого не было рядом с ним, потом оказались еще люди. Один из них, вбегая в каждое селение, кричал: «Марокканцы!» Мгновенно начиналась паника, летели перья по воздуху, раздавалось блеянье испуганных коз. Плачущие дети прижимались к матерям, у стариков вырывались проклятия...
Они бежали до тех пор, пока ноги у них не распухли, отяжелели, налились свинцом. Селение за селением беспорядочно разбегалось в эту ночь, республиканцы отступали, а марокканцы располагались на улицах Талаверы, разграбив сначала церкви и богатые дома. Группа бойцов, к которой пристал юноша, решила идти в Мадрид. Один боец, анархист, кричал, что надо сменить всех командиров.
- А ты помнишь имя твоего командира? Нет почти никто не мог вспомнить имя своего командира.
Дело было не в этом. Просто им страшно было одним, они не могли больше выдержать.
- Бросайте винтовки в воду! - крикнул другой.
И самые испуганные бросили их...
Теперь они шли по линии железной дороги. «Руки вверх!» - маленький человек с оливковым цветом лица навел на них дуло револьвера. Они начали было спорить, но в человеке была непреклонная воля, покорившая их. Они еле дотащились до площади поселка. У дома консистории стояли задержанные грузовики с людьми, ехавшими неизвестно куда. Из дома вышла женщина. Ее голос, высокий и сильный, заставил всех замолчать. Они слушали ее, злые, умирающие от усталости и желания спать...
- Почему ты хочешь уйти?
- Уже пять дней я не видел своей матери.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.