Бойль. Адвокатские конторы могут не оглашать имена своих клиентов.
«Пиплз войс». А что предполагает полиция?
Бойль. Полиция ничего не предполагает. Полиция расследует.
На этом и окончилась пресс-конференция. Только доновановский газетчик пытался добраться до истины. Но Бойль выдержал натиск. Он ждал своего часа и не собирался его приближать.
Что ж, тактически он действовал верно. Теперь все зависело от Стила и его статьи. Взрыв бомбы должен быть направленным и неожиданным.
Статью для Стила мы писали вместе с Мартином, вернее, я уточнял тезисы и корректировал язык – все-таки я лучше Мартина знал речевую манеру Стила. Спорить приходилось чуть ли не по каждому абзацу: как профессионал-журналист он был, конечно, опытнее меня в таких делах, но я тщательно очищал статью от не присущей Стилу выспренности и цветистости.
– Опять Мердок. Убери.
– Но можно же, не обвиняя Мердока, называть его главой партии.
– Во-первых, это не партия. И Стил никогда не ошибется, назвав группу партией.
– Но здесь же нет повода для обвинения в клевете!
– Стил не должен давать ему даже лазейки. А это что?
– Гангстеры. Нормальный термин.
– Стил не знает этого слова. Скажи еще: хунта. Не дури. Пиши просто: насильники, убийцы, грабители.
– А мошенники? Для усиления.
– Здесь речь не о мошенничестве. О нем дальше. В случае с документом, подсунутым в карман убитого Луи.
– Кромсаешь статью. Фразы как рубленые, Ни одного периода.
– Стил так говорит, а не я.
– Ну оставь хоть метафору. К словам о неогалунщиках.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.