Возвращение Рослина

Ким Бакши| опубликовано в номере №1189, декабрь 1976
  • В закладки
  • Вставить в блог

Иное дело – передать рукопись в книгохранилище – матенадаран (что означает в переводе «хранилище книг»), где она станет достоянием всего народа и будет надежно защищена от любых случайностей. И потому со всех концов мира не на аукцион Сотби, а в ереванский Государственный Матенадаран – Институт древних рукописей при Совете Министров Армянской ССР – поступают манускрипты, а порою даже и целые библиотеки, содержащие огромные исторические и художественные ценности.

Какими же тогда путями из Иерусалима в Лондон попали рукописи на продажу? Газеты терялись в догадках. Может быть, был взломан сейф, где они хранились? Или злоумышленники завладели тремя ключами, которые находились у трех разных лиц? (Таков порядок: только собравшись вместе, они могли достать драгоценные манускрипты.)

Многие вопросы так и остались без ответа. Газеты замолчали, когда по требованию из Иерусалима книги были срочно сняты с аукциона. Рукописи возвратились в сейф, так и не раскрыв секрет своего странного появления на лондонском торге.

К имени Рослина прибавилась еще одна тайна.

А их и так достаточно много. Мы не знаем, например, где и когда родился художник, кто были его мать и отец. Только потому, что в собственноручной записи он просит помянуть его детей, мы можем сказать, что Рослин не был монашеского звания. В самой ранней известной нам рукописи он предстает уже зрелым художником, обрывается его творчество в самом расцвете. Что с ним случилось? Умер, убит? Неизвестно. Историки ничего не знают об этом.

Он был выдающийся по разнообразию талантов и по учености человек – поэт, историк, художник, каллиграф. Цари, князья ценили Рослина как гениального художника, не расставались с его книгами, берегли их как драгоценность. Шесть подписанных рукописей одного художника – это уникальное явление в бурной армянской истории. И такой человек, как Рослин, окружен молчанием, ни у одного историка о нем ни слова. Не странно ли это?

Необычайна судьба Тороса Рослина. Его подлинные рукописи лежат под замком в монастырях, ученые не имеют возможности сравнить книги, которые ему приписываются, с теми, которые, несомненно, он создал. Есть прекрасные альбомы армянской миниатюры, где имя Рослина стоит под действительно выдающимися художественными творениями. Но не принадлежащими Рослину!

Парадоксальный факт: имя гениального художника окружено лучами чужой славы. Многие высшие достижения приписываются ему. Так было долгое время. И вдруг... положение коренным и неожиданным образом изменилось...

В самом сердце Еревана, в начале его центрального проспекта, стоит торжественное здание Матенадарана – крупнейшего в мире хранилища древних армянских рукописей.

Ясное осеннее утро. Горный сладковатый воздух разбавлен пресными талыми запахами. Огромная лестница, ведущая к Матенадарану, освещена лучами солнца. Как всегда, пытаюсь считать шаги при подъеме и где-то на пятом десятке сбиваюсь.

На предпоследней площадке у подпорной стены на фоне букв армянского алфавита, высеченных в камне, стоит базальтовый Месроп Маштоц – мудрец, сменивший меч воина и звание дипломата на великое дело просвещения и образования. В первые годы V века он создал армянскую письменность.

Буквами Месропа Маштоца вырублены на стенах храмов многочисленные памятные надписи, рисунок которых превратил гладкую поверхность туфа в страницу каменной книги.

В средние века его буквами были написаны сотни тысяч манускриптов – из них сохранилась едва ли десятая часть, – составивших духовную сокровищницу народа.

Месроповыми заглавными буквами в наши дни начинаются труды академика Виктора Амбарцумяна об эволюции звезд, стихи Паруйра Севака, научные работы сотрудников Матенадарана о самом Месропе Маштоце, о блестящей плеяде его учеников и соратников: историках, философах, поэтах.

Матенадаран насчитывает более пятнадцати тысяч древних книг: от самой маленькой, весом в 17 граммов, до самой большой – двухпудового пергаментного великана. Самые старые листы относятся к V веку, древнейшие миниатюры созданы в VI веке, то есть задолго до крещения Руси и завоевания норманнами Англии.

Примечательно, что самые первые слова, которые написаны с помощью букв, созданных Месропом Маштоцем, были слова о мудрости и познании. Многие научные трактаты – а в Матенадаране хранятся сотни фолиантов по математике, медицине, астрономии, географии, зоологии, ботанике, музыке – содержат зерна будущих открытий.

Глубокие научные догадки мы находим у отца армянской истории Мовсеса Хоренации и у выдающегося средневекового философа Давида Анахта. Лазар Парпеци оставил нам первое научное описание животного и растительного мира Араратской долины, полезное и для современного ученого-эколога. А энциклопедист VII века Ананий Ширакаци в своей «Географии» среди множества разнообразных сведений, которые он приводит о суше и морях, о континентах и отдельных странах, пишет также о природных богатствах Армении – о минеральных водах, о нефти, лечебных грязях.

В древних рукописях встречаются порой поразительные сведения. До сих пор ученые не могут объяснить, например, откуда Ованес Ерзынкаци (XIII век), житель южных краев, мог разузнать об Арктике, «необитаемой человеком и морозной», где «весной и летом день длится шесть месяцев».

В собрании древних армянских книг – около 800 рукописей медицинского содержания. Целая библиотека рецептов, заинтересовавших современных фармацевтов! Многие лекарства, как нераскрытая тайна, еще ждут своих исследователей.

А средневековая музыка?.. Она восходит к V веку, к Месропу Маштоцу, который был автором первых гимнов. В Матенадаране сотни сборников, тысячи мелодий. Я видел: над строками стихов стоят загадочные значки – хазы. Много лет ученые бьются над расшифровкой этой системы музыкальной записи. Но пока огромный свод древней музыки безмолвствует.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном   любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада»  под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о  музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Псевдоним мой «Аристон»

Из цикла этюдов «За Есенинской строкой»

Железный дракон Цзяо

Роман. Продолжение. Начало в №№ 21, 22