(Чехословакия)
январь 1980 г. Скара (Швеция). Командный чемпионат Европы.
1. d4 Kf6 2. с4 g6 3. Кс3 d5 4. cd K:d5 5. е4 К:с3 6. bc Cg7 7. Kf3 b6 8. Сb5 с6 9. Сс4 0 – 0 10. 0 – 0 Са6 11. С:а6 К:а6 12. Фа4 Фс8 13. Сg5 Фb7 14. Лfе1 е6 15. Лаb1 с5 16. d5 С:c3 17. Лed1 ed 18. ed Сg7 19. d6 f6 20. d7 fg 21. Фс4+ Kph8 22. K:g5 Cf6 23. Ке6 Кс7 24. K:f8 Л:f8 25. Лd6 Ce7 26. d8Ф! C:d8 27. Фс3+ Крg8 28. Лd7 Cf6 29. Фс4+ Kph8 30. Фf4 Фа6? 31. Фh6. Черные сдались.
Г. Каспаров: у каждого шахматиста есть своя любимая партия. У меня пока вот эта. Я ее однажды даже назвал «моя вечнозеленая». Я ее люблю за то, что она такая красивая! Белые пожертвовали фигуру. Такую жертву белых иногда называют дискуссионной. Но я и сейчас убежден, что она корректна.
Сейчас по улице рядом со мной идет стройный крепкий парень. Он здорово возмужал за последний год. Сезон 1980 года принес ему второй балл международного гроссмейстера и лучший результат в команде на Всемирной шахматной олимпиаде, проходившей в ноябре на Мальте, после чего Международная ассоциация журналистов, пишущих о шахматах, признала его третьим гроссмейстером мира.
Мы идем по пыльным зимним улицам Баку. Гарик опаздывает, и беседа наша продолжается на ходу. «Давайте пройдем здесь, – предлагает он мне после секундного раздумья, – здесь дорога короче». «Ты плохо считаешь варианты», – говорю я. «А для меня чем дольше идти, тем лучше...»
«Тебя узнают на улице?» – спросил я. «В моем районе меня знают все», – ответил он тоном мальчишки, лучше всех во дворе играющего в футбол. «А как ты к этому относишься?» «Сперва очень нравилось, потом стало раздражать, а теперь я воспринимаю общее внимание спокойно...»
Будем все же милостивы к Каспарову за такое «спокойствие», хотя нам и трудно прощать обласканных большой популярностью людей. Испытание славой не выдерживают многие вполне зрелые люди. А Гарик в свои восемнадцать ведет себя с поразительным тактом. Никогда не жалуется, но Клара Шагеновна говорила мне: «Вы не представляете, как это сложно. Гарика всюду приглашают выступать. На все вечера, слеты – и никому нельзя отказать... Сразу пойдет слух: «Каспаров зазнался. У него «звездная болезнь». Но ведь для него главное – заниматься шахматами ».
Понять это нетрудно. Институт, как бы легко он ни давался, требует определенного напряжения. О шахматах и говорить нечего. А участие до позднего часа в каком-то вечере, возможно, и было бы своего рода разрядкой, если бы на следующий день не надо было ехать по новому приглашению. Баку – это Кавказ. Кавказ – это бесконечное гостеприимство и такая же гордость за каждого, про кого можно сказать: «Наш человек, бакинец».
Но есть одна общественная работа, к которой Каспаров относится предельно серьезно. Однажды от него я услышал: «В Азербайджане начинается шахматный бум». И сказано это было с удовлетворением и озабоченностью. В самом деле, члена бакинского горкома ВЛКСМ
Гарри Каспарова не может не радовать и одновременно не беспокоить увлечение древней игрой, распространившееся среди земляков третьего шахматиста мира. В республике открываются новые и новые шахматные клубы: в Баку, Сумгаите, Барде, Кировабаде. И если только не мешают ему уж совсем неотложные дела, Каспаров считает своим долгом присутствовать на открытии и соревнованиях, выступать, помогать новичкам в этом виде спорта.
Сейчас он студент. 14 июня прошлого года («В день взятия Бастилии», – подчеркнул Гарик) он сдал экзамен на «отлично» и вскоре был зачислен на первый курс института иностранных языков.
– А почему не исторический? – спросил я.
– Первый шахматный клуб был создан в Англии. Вот я и буду изучать историю шахмат по первоисточникам, – отшутился он. – Изучение языка для меня первый этап в учебе. Дальше посмотрим. Знаете, в институте учиться даже легче, чем я думал, – закончил он, сдавший первую сессию также на «отлично».
С поступлением в институт как-то утратила остроту проблема друзей. В школе ему трудно было, как обычному мальчишке, иметь лучшего друга. Соревнования, тренировки, разъезды, постоянные контакты со взрослыми мешали общаться со сверстниками. Но сейчас Каспаров уже перешагнул порог детства, появилась студенческая компания – это немаловажно в его жизни, он любит друзей.
Сейчас это уже не молчаливый мальчик, а живой, общительный парень, спешащий скорее рассказать, чем умолчать. Открытый и необыкновенно эмоциональный. Эмоциональность – черта характера в общем-то не исключительная для восемнадцатилетнего бакинца – многих спортивных специалистов слегка настораживает. Психологически он не готов к завоеванию больших шахматных вершин, утверждают некоторые из них. Мне трудно спорить со знатоками, но хотел бы заметить, что высокая эмоциональность не помешала» Каспарову подняться к самому подножию этих вершин. Почему же она должна помешать двигаться дальше?
– Как ты себя чувствуешь? – по возможности деликатно спросил я. Разговор этот происходил вскоре после весьма напряженного турнира.
– Физически я себя чувствую хорошо, а психологически надо немного отдохнуть.
– А месяца тебе для отдыха хватает? – продолжал расспрашивать я.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.