– Это у нас на сегодня главное.
Помолчали. Новоселов блеснул глазами, дипломатично кашлянул, произнес:
– Мне что же, бригадир, центровку электродвигателей отложить пока?
Как никому другому доверял Буянов Новоселову точную работу. Степан умел выставить и отцентровать любой агрегат быстрее и чище многих. Отрывать его по пустякам от монтажа охладителей газа Буянов не стал бы. Но с «гитарой» приходится управляться всеми наличными силами.
– Занимайся, Степан, своим делом, пока не просигналю. – Буянов сделал паузу, повернулся к Банишевскому. – Ты, Коля, тоже. Успеешь, помоги дефектоскопистам. они к третьему блоку подлезть не могут, растащите уголки.
Банишевский кивнул, смахнул со стола рукавицы, вышел.
Оставался Булатов. Самый молодой звеньевой самого молодого звена. Буянов колебался. Работа, которую хотел он поручить звену Булатова, требовала немалого умения. Дай он ее Банишевскому – хлопот бы не было, тот и сам опытный монтажник, и в звене у него асы. Но нельзя держать и ребят Булатова только на стыках, надо им учиться всякой монтажной работе. Хотя для дела, может быть, и выгоднее специализация, когда каждый набивает руку на каких-то одних операциях. Для дела сегодняшнего. А для завтрашнего?
– Кениз, вы вчера стыки свои закончили. Начинайте подводку масла в станцию и обвязку турбин. Знаю, что не делал этого раньше. Теперь вот будешь.
Кениз удивленно захлопал длинными ресницами, подвинулся к схеме поближе. Пробормотал:
– Михаил Иванович, там труба – солома, тонкая. А вдруг напортачим?
– Напортачите – выдеру. А если серьезно, то считаю, что справитесь. Да и мы рядом, поможем. В общем, бери чертежи и вперед.
Котлован огромным провалом чернел на фоне снега. Буянов прошелся вдоль него раз. Потом еще. Спустился вниз, где торчали из грунта отростки труб внутренней разводки. Мысленно пересчитал их. Потом прошел по склону, откуда предстояло заводить «гитару».
Ему показалось, что склон слишком отлог, было бы хорошо прибавить несколько метров для маневра. Но где их взять, эти метры? Стройка теснила запоздалый котлован со всех сторон.
Буянов прикинул, что в нынешней ситуации ему нужно еще три трубоукладчика и один кран. Чтобы поднять и уложить сваренную, намертво скованную разводку разом, без перехватов. Но техника вся в деле, за каждый час простоя того же «трубача» спрашивают со всей строгостью. Иначе нельзя, трасса торопит.
У монтажников была договоренность со строителями насчет техники, те обещали помочь. Но ведь у них и самих запарка, сдержат ли слово? Буянов похлопал по карманам, ища рукавицы – мороз с утра был особенно жгуч, – не нашел, но возвращаться в прорабскую за рукавицами не захотел, подышал на закоченевшие пальцы и пошел к конторе строительного управления напрямик, через штабеля бетонных свай, заготовленных под фундамент КС.
Посреди дороги возле «уазика» о чем-то разговаривали трое. Двоих Буянов знал – начальство районного энергоучастка. Третий – в кожаном полупальто с меховым воротником – стоял спиной.
Экономя время, Буянов коротко кивнул знакомым и заспешил дальше. И вдруг услышал:
– Миша, ты? Стой же!
Он обернулся. Тот самый, в коже, надвигался на него, улыбаясь. Буянов смотрел в широкое, с сильным выпуклым подбородком лицо, и не верилось, что это Валерка Романов, давний друг, с которым последний раз виделся больше десяти лет назад. Они остановились друг против друга. Валерий хохотнул, облапил Буянова за плечи сильно, по-мужски.
– Ну, где ты? Рассказывай.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.