— Вы меня? – небрежно спросил Терехов.
— Да, – кивнул я. – Разговор есть.
— А-а... Ладно, пацаны, не ждите меня.
Я направился к опустевшей трибуне. Николай шел рядом, вразвалочку, помахивая сумкой.
– Здорово ты гол забил! – сказал я, когда мы сели.
— Какой? – явно рисуясь, уточнил он – Первый или второй?
— Первого я не видел. А что, тоже красивый был?
— Да так себе – Он хмыкнул. – Пшенка. Я вообще-то сегодня хет-трик хотел сделать, но не вышло.
Николаи говорил, слегка растягивая слова.
— А вы тоже пришли меня уговаривать? – оценивающе глянул он на меня.
— Уговаривать? – не понял я.
— Ага! – кивнул он. – Чтоб я за какую-нибудь команду играл. Ко мне уже приходили два тренера. Только неохота. Я штангу люблю, гири, а в футбол не очень. Ну, за класс еще ладно... Вы тоже тренер?
— Нет, – усмехнулся я. – Не тренер. Я следователь прокуратуры. Николай.
— Следователь?! – В его глазах промелькнул испуг. – Зачем же я вам понадобился?
— Скажи. Коля, в прошлое воскресенье, четырнадцатого, ты Никиту Гладышева видел?
— Нет! – слишком поспешно ответил он, чтобы я поверил ему безоговорочно.
— А когда ты узнал о его смерти?
— Когда? Во вторник! – глухо бросил он.
Он лгал, ибо Клавдия Потаповна узнала о случившемся в понедельник и сказала мне, что сыну об этом известно стало до нее. Правда, она тоже не очень уверенно ответила на мой вопрос.
— Значит, во вторник, – задумчиво произнес я, внимательно глядя на парня. – Неувязочка получается. Коля. Твоя мать узнала-то в понедельник.
В 4-м номере читайте материал Кобы Гаглоева о беспрецедентной операции по эвакуации тел наших погибших бойцов из промзоны Авдеевки в мае 2023 года, интервью с Анжеликой Стубайло – в прошлом гимнасткой с мировым именем, в настоящее время – актрисой и телеведущей, о необычном авторе одного из самых известных юфелирных яиц фирмы Карла Фаберже, о жизни и творчестве американского писателя Скотта Фицджеральда, о печальной судьбе русского художника-авангардиста Владимира Татлина, остросюжетный роман Наталии Солдатовой «Черный человек» и многое другое