Рок-музыка: прогноз на завтра

Артур Гаспарян| опубликовано в номере №1419, июль 1986
  • В закладки
  • Вставить в блог

Клуб «Музыка с тобой»

Музыкальные «волны» с самых разных широт всколыхнули на рубеже 70-80-х годов мировую популярную музыку, увязшую, как казалось, в беспросветном кризисе. Как одуванчики весной, появлялись группы, следовавшие новым музыкальным концепциям. Прежние рокеры-музыканты, остерегаясь оказаться «вне игры», молниеносно отрекались от того, что еще недавно, по ихже словам, представляло «жизненный и творческий смысл», и, кто как мог, влезали на гребни «новых волн».

Все объяснимо — платил и заказывал музыку шоу-бизнес.

Но был и другой отсчет. Именно рубеж двух десятилетий — один из самых плодотворных этапов развития советской рок-музыки. Апофеозом стал фестиваль «Тбилиси-80», представивший пеструю палитру отечественной рок-музыки: от московской «Машины времени» до ленинградского «Аквариума», от тбилисского «Блица» до таллинского «Магнетик Бэнд». Перспективы виделись широкими. И вдруг...

То, что случилось в последующие три года, трудно охарактеризовать однозначно. Авторы некоторых публикаций употребляют слово «кризис». Думаю, сказать так — значит не сказать ничего. Ибо в результате стечения обстоятельств рок-музыканты с их творческими проблемами, удачами и провалами, находками и потерями оказались, не желая того, в центре бесплодных в большинстве своем споров, суть которых, за редчайшим исключением, была однозначна: «Кому это нужно?!» Не упустили тогда своих шансов приверженцы порочного администрирования, решившие одним махом поставить все на «свои» места. В результате дров наломали немало. За завалами уже не было видно и самих музыкантов. Поэтому анализ творчества любой рок-группы того периода должен учитывать внешние факторы самой музыки, вроде не касающиеся. но на творческий процесс влияющие. Действительно, трудно сказать, как сложилась бы, скажем, судьба ансамбля «Араке», если бы записанный в конце 1980 года альбом «Колокол тревоги» все-таки дошел до прилавков магазинов, а не остался пылиться на архивных полках фирмы «Мелодия». И кто знает, пришлось ли бы нам вообще говорить о таких качествах, ставших чуть ли не целым направлением, как неверие и пессимизм в текстах песен, если бы группы, о которых шла речь, видели четкую перспективу и заинтересованное участие в своей судьбе. Например, сотрудники музыкальной редакции Болгарского радио именно в хорошей организации работы с молодежными ансамблями видят главный фактор, определяющий социальный оптимизм болгарских рок-групп. Фактор, заметим, ценный...

Словом, объективные и субъективные сложности стали для многих рок-музыкантов в начале 80-х тормозом на творческом пути. Первые признаки оживления пришлись на 1983 год. Мы вплотную подходим к определению, ставшему популярным: «Новая московская волна». И не случайно вначале я вспоминал о перипетиях мировой поп-музыки. Если проводить формальные параллели, то признаки общей тенденции очевидны, — тот же всплеск после топтания и тупиковых ситуаций. Но есть и глубокие различия между новой волной московского рока и аналогами зарубежного происхождения.

Подвластность западной музыки законам коммерции зачастую обесценивает и нивелирует даже оригинальные находки и идеи. Не успел «нью уэйв» набрать свой «девятый вал», уже заговорили о новом кризисе. И его первыми симптомами стали такие сенсации, как «Дюран, Дюран...» и Майкл Джексон. К счастью, советская музыкальная культура свободна от издержек коммерциализации искусства. Движущей силой развития выступает потребность объективного творческого процесса, закономерного поиска новых выразительных средств.

Думаю, понятие «новая московская волна» в главном определяет содержательная сторона песен и музыки. Часто приходится сталкиваться с поверхностными оценками: раз слышен рваный ритм регги — значит «новая волна». Ничего подобного! В песне А. Макаревича «Туман» тоже прослушиваются ритмы регги, но никому в голову не приходит «награждать» «Машину времени» термином «новая волна». Какая уж тут новая — группе под двадцать лет.

Каждое поколение несет в мир свое неповторимое и особенное. Молодежь первой половины 80-х не исключение, а «новая московская волна» — одна из музыкальных иллюстраций поколения. Радости, разочарования, победы этого поколения стали лейтмотивом песен. Исполнить их искренне, что в лучших традициях рок-музыки, могли лишь те, кому эти проблемы близки и понятны, кто не хочет фальшивить и лгать своим же сверстникам.

Кто же представляет «новую московскую волну»? Вот они: «Центр», «Браво», «Вектор»... Нет, конечно же, это только часть. За последние два-три года появилось много коллективов. С ноября 1985 года почти сорок из них объединены в Московскую рок-лабораторию, творческое объединение, подобное ленинградскому рок-клубу.

Из перечисленных трех групп «Вектор», правда, формально не относится к рок-лаборатории — надежды ансамбля связаны с профессиональной сценой. Но без упоминания об этом коллективе наш разговор будет неполным. Хотя группа молодая — ей нет и года, у нее не очень большая практика концертных выступлений, — тем не менее она уже привлекла внимание, получив приглашение от филармонии. Музыка ансамбля, что называется, в самом центре споров, а стиль этот — брэйк — неотделим от танца, поэтому концертное выступление задумано в виде яркого танцевально-музыкального зрелища, в котором музыка, слово, мизансцена являются неразрывным целым. Брэйк — спектакль «Вектора» — сопровождается веселыми, остроумными песенками, в которых обнаруживаешь и остроту взгляда, и неординарность мышления авторов текстов.

Группа «Центр» вызывает жаркие споры. Стилистику группы можно охарактеризовать определением «спокойная», даже «камерная». В ее основе — традиции бит-музыки и рок-н-роллов, но негромких. Кстати, одно из пристрастий «новой волны» — ретро-ностальгия. У «Центра» она достигла апогея: в специально подготовленной программе исполнялись первые отважные бит-эксперименты 60-х годов Н. Богословского, М. Блантера, А. Бабаджаняна, Е. Птичкина. Вновь зазвучали в «центровской» трактовке «Последняя электричка», «Черный кот», «Текстильный городок» и другие.

Но лицо «Центра» — это его самостоятельные программы, в которых музыку и тексты пишут члены коллектива. Среди них большинство произведений принадлежит руководителю Василию Шумову. На мой взгляд, эти произведения интереснее и серьезнее в сравнении с программой, о которой шла речь выше. Музыкальное мышление В. Шумова лаконичное, выразительное. Кажется, что столь милые сердцу «центровцев» бит-формы усечены до предела, в них оставлено самое рациональное, помноженное на своеобразные мелодические конструкции.

К сожалению, погоня за пресловутым «валом» не обошла стороной и песенное творчество. Иначе нам не пришлось бы столько сокрушаться по поводу песен-штампов, наводнивших теле- и радиоэфир, опасно оккупировавших звуковые дорожки грампластинок. И будет очень полезно, когда, наконец, наряду с розовой «Синей птицей» или поблекшими «Голубыми гитарами» посетителям музыкальных магазинов будут предложены альбомы «Машины времени», «Динамика», «Круга» и хотя бы один долгоиграющий сборник групп «новой московской волны» с «Вектором», «Центром», «Браво»...

«Браво» — группа, которая уже сейчас могла бы получить право на запись сольного макси-сингла. Она явный лидер не только рок-лаборатории, но и молодежной музыки вообще. Концерты группы, перед какой бы аудиторией они ни проходили — старшеклассниками, пришедшими на новогодний бал, посетителями рок-лаборатории или слушателями Высшей комсомольской школы при ЦК ВЛКСМ, — сопровождаются неизменным успехом. После концерта в ВКШ, например, по просьбе зрителей даже пришлось устроить импровизированную пресс-конференцию. Отзывы на выступление группы были самыми доброжелательными. Это — свидетельство того, что песни затронули какие-то очень важные струны в душах, что песни актуальны.

Музыкальный почерк «Браво» ярок и своеобразен. Помимо традиционного бита, нас знакомят с ритмами почти забытого фокстрота, напоминают оригинальную стилистику танца твист или классического рок-н-рола 50-х годов. Группа использует синтетические формы, не имеющие практически никаких аналогов, что дает полное основание говорить о стиле «Браво». Участники «Браво» не просто талантливые музыканты. Они артисты. И настоящая звезда здесь — вокалистка Иванна Андерс.

Как видим, на содержательном «базисе» «новой волны», о котором уже было сказано, возведена музыкальная «надстройка» из самых многообразных стилей и течений. Конечно, говоря о песнях новых групп, я имел в виду лучшие. В творчестве многих молодежных коллективов до сих пор изобилует безвкусица, вычурность, поверхностность. А искренность часто подменяется позой искренности. Но вряд ли этой «позой» нужно подрывать доверие молодежной аудитории — завоевать его, как показывает практика, дело нелегкое.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены

в этом номере

Коллега компьютер

Наука — техника — прогресс

В пользу молодых

XXVII съезд КПСС требует от нас

Больше, чем сделано

Предстоит еще сделать на строительстве Байкало-Амурской магистрали. Почему же ослабли интерес и внимание к ней?