– Да вы в своем уме? – говорят. – Вы-то уедете, а нам оставаться. Занимайтесь трудовыми подвигами у себя дома.
Чувствуете ситуацию? Та же самая, что в письме из Минска. Нет, все-таки не по частному случаю, не по пустому поводу написал С. Пильник. Вопрос хоть и не задан прямо, но проглядывает между строк: а стоит ли в самом деле полностью выкладываться на работе, не лучше ли поберечь силы? Раз меня «в шею не толкают», значит, на заводе все идет нормально, кому нужно мое рвение?
Прежде всего тебе самому нужно. Вот о чем я хотел бы сказать Сергею: допустим, последуешь ты советам своего «наставника», приноровишься к его работе. А потом придется тебе работать с требовательным человеком, в сильной бригаде. Сам понимаешь, сразу перестроиться не сможешь: руки отвыкли, сноровки нет. Вот тогда будет по-настоящему тяжело. Представь, если вдруг обнаружится, что ты или лодырь, или неумеха... А рано или поздно люди обязательно это увидят: не сошелся же свет клином на таких, как твой «опытный электрик».
Известно, что хорошие музыканты ежедневно играют по нескольку часов, а если сделают «передышку» хоть в день-два, сразу чувствуют – не та техника... Уверен, это относится к любой профессии: если сегодня ты дал себе послабление – в чем-то, значит, сделал шаг назад, и завтра тебе придется заново преодолевать пройденную было ступень.
...Р. Огинскас, собственно, сам ответил на свое письмо: прятать свои способности значит зарывать талант в землю. А это безнравственно, не говоря уже о том, что ни с каких сторон не выгодно самому человеку. Но Огинскас что-то недоговаривает, и, мне кажется, понимаю, что именно. «И почему это должно испортить мои отношения с людьми на работе?» – спрашивает он. Вот оно, в чем дело, – опасается испортить отношения с людьми! А кто эти люди? Видимо, главный механик, непосредственный начальник... Тогда не надо лукавить: речь скорее всего не об отношениях с людьми вообще, а со своим руководителем. А это не одно и то же.
«Руководитель», видно, хитер. Он «заботится» о подчиненном, предостерегает об «опасностях», которые якобы исходят от некоторых других товарищей, демонстрирует «заботу» о молодом, неопытном. На самом деле вся его забота – исключительно о себе. А вдруг выяснится, что в отделе главного механика появился энергичный, знающий, инициативный работник? Что он талантливее своего начальника, который вечно старается «не высовывать носа», держаться в тени, не рисковать, беря на себя «лишнюю» ответственность? Который боится показывать, как много он умеет, только потому, что умеет-то он мало?
Может, я и преувеличиваю. Но ни один по-настоящему талантливый человек не станет стараться в корне зарубить талант другого. Наоборот, он будет радоваться успехам ученика. Если эти успехи его раздражают, вызывают протест – значит, наставник чувствует свою слабость, ибо сравнение с учеником не в его пользу. Он боится, что «навалят» работу не только на подчиненного, но и на него самого.
Думаю, Огинскас и сам это понимает, и его проблема – до конца не высказанная – в нерешительности. То есть он свои творческие силы сознает, знает, что способен на большее, чем быть заурядным работником, но опасается своего начальника: ведь продолжать проявлять инициативу – окончательно испортить отношения с шефом. А стоит ли? А вдруг он в отместку испортит карьеру?
Убежден – стоит! Никто тебе не испортит будущее, если ты действительно талантлив. А вот сам ты себе судьбу исковеркать можешь, если поплывешь по течению, послушаешь нашептывания завистливого человека. Заметьте, такие люди свои «советы» никогда публично, на собрании, например, не высказывают – только по телефону или на ушко. Не ставь же свой талант в зависимость от случайного человека – а настоящие люди тебя всегда поймут. Но это уже вопрос твоего личного мужества, стойкости характера. Посоветовать, понимаю, просто. Отстаивать свое – трудно. Но, кроме тебя, никто этого не сделает. Здесь нет «ничьих» – или ты победишь, или отступишь...
Сам я обыкновенный молодой рабочий. Фрезеровщик экспериментального цеха. Окончил техникум по специальности техник-технолог. Пока учился, освоил слесарное дело, токарный, фрезерный станки. В армии получил еще профессию строителя. Приглашали перейти на должность мастера, но пока воздерживаюсь: прежде чем руководить людьми, надо самому поработать за станком, попробовать металл своими руками.
Работаю в бригаде Павла Алексеевича Баранникова, моего первого наставника. Вот это человек, для которого вопрос, надо ли отдавать работе все силы, прозвучал бы просто дико. Он иначе не умеет. Я и сейчас учусь у Баранникова.
У меня, чувствую, есть еще какая-то суетливость в работе, у Павла Алексеевича – никаких лишних движений, все отработано четко. Хочу перенять все мастерство фрезеровщика.
Правда, не у всякого я стал бы учиться мастерству...
Есть на заводе станочник – золотые руки. Но эти руки – только для себя. Ничего, кроме хорошо оплачиваемой работы, человек не видит. Просят помочь товарищам или, скажем, в подшефную школу сходить – ни в какую. И так во всем. Это я к тому, что и отдавать себя делу до конца – еще не все. Если ты только для себя, чтобы «загрести» побольше...
Выбрали меня в «Комсомольский прожектор», в народный контроль. Трудно совмещать с основной работой. Если рейды днем – вечером приходится задерживаться у станка. Но мне самому нужна, интересна и общественная работа. С одной стороны, приношу пользу делу, с другой – постоянно общаюсь с разными людьми, быстро со всеми перезнакомился.
Есть у меня и нелюбимые работы, например, листы фрезеровать. Сталь вязкая, фреза идет плохо. Стараюсь такое дело сделать побыстрее – поневоле все силы выложишь. А уж если работа по душе – тут и времени не замечаешь.
Весь день в цехе – на ногах. А как принял душ после смены, переоделся, всю усталость как рукой сняло. Причем не надо иметь для этого какого-то железного здоровья. Надо просто всегда держать себя в форме. Мне, между прочим, помогает в этом художественная самодеятельность – занимаюсь в танцевальном кружке. На заводском смотре самодеятельности приходила «болеть» за меня вся бригада...
В общем, думаю так: чем больше хлопот, тем веселее и интереснее жить. В самом деле, куда беречь силы, энергию – к пенсии, чтобы клубнику на дачном участке в полную силу разводить?
Был недавно в отпуске: 13-дневная поездка по ГДР и Чехословакии. Думал, как мало дней... А уже на восьмой затосковал по бригаде, станку. Просто не знал, куда себя деть. Честное слово.
...Бывает, что честный, инициативный работник становится «неудобным» кому-то. Пильник – электрику, Огинскас – главному механику. Понимаете, они ведь лишь о собственном, тихом благополучии пекутся, а забота об учениках настолько лицемерна, что и невооруженным глазом видно. Надо выбирать: быть ли угодным сомнительному наставнику, или идти все же своей собственной дорогой. Одно следует прочно понять: по этой дороге идет большинство, по ней идут настоящие люди, которым нечего таить от других, которым нечего бояться и стыдиться.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Повесть
Валентин Катаев начинающим литераторам, к 90-летию писателя
Научно-фантастический рассказ