По закону счастливого человека

Леонид Жуховицкий| опубликовано в номере №1304, сентябрь 1981
  • В закладки
  • Вставить в блог

Сказка про золотой обруч

Эту сказку я не прочел – услышал от кого-то в студенческие годы. Звучала она приблизительно так. В одном королевстве, во дворце, стояла деревянная шкатулка, а в ней лежал камень, по виду простой булыжник. Однако камень этот был волшебный. Пока он хранился во дворце, все девушки в королевском роду рождались удивительными красавицами. Но камень таил в себе и опасность: если бы он вдруг исчез из дворца, каждая невеста из королевского рода должна была умереть в первую же брачную ночь. А еще он мог превращать железо в золото. У короля была дочь, принцесса, удивительная красавица. Ее любил принц из соседнего государства, она отвечала ему полной взаимностью, и уже был назначен день свадьбы. Но тут случилась большая беда. Простодушная принцесса рассказала про волшебный камень подруге, а та из низкой зависти украла его. Но она не знала, что камень способен превращать железо в золото, и не стала его беречь – злорадно ухмыляясь, швырнула на грязную телегу, перевозившую булыжник для постройки дорог. Во дворце поднялся страшный переполох. В конце концов доискались до истины. Вероломная, подруга во всем призналась, плакала трусливыми слезами и клялась, что больше не будет. Но что было толку в ее слезах! Телега с чудесным камнем давным-давно уехала, и никто не знал куда. Свадьбу, конечно же, отложили на неведомый срок. Принц очень любил свою невесту. Он сказал: – Я найду этот камень! Повесил на шею железный обруч и пошел по дорогам государства. К каждому булыжнику прикладывал обруч и с Надеждой смотрел: не превратится ли в золотой? ...Прошло много лет. Принцесса состарилась в девушках и умерла. А принц, всеми позабытый, одряхлел и почти ослеп. Одежда его вконец истрепалась, башмаки развалились, борода поседела и спуталась. Но он по-прежнему ходил по дорогам и машинально прикладывал обруч к каждому камню, о который спотыкался. Однажды он пришел в деревню и попросил хлеба и воды. Но люди прогнали его и кричали вслед: – Как тебе не стыдно попрошайничать, когда на шее у тебя золотой обруч! Вот такая сказка.

Принца жалко, а нам урок: когда ищешь счастье, надо быть очень внимательным. Не найти свой камень обидно, но не так – тут вся вина на судьбе. А найти и не заметить... В таких случаях золотой обруч на шее не утешение, а насмешка.

Боковая дорога

Публицистика – жанр строгий, вся на мысли, на логике. Но эта моя публицистика началась непривычно, даже странно: с ощущения, как стихи.

Было это на Минском шоссе, где-то, видимо, между Смоленском и Оршей, а может, и поближе к Борисову. Мы с приятелем ехали отдыхать в Литву, я сидел за рулем и шпарил почем зря. Вдруг впереди увидел отходящую влево дорогу. Вообще-то боковые дороги постоянно разбегались то вправо, то влево. Но на тех внимание не задерживалось, а эта чем-то остановила. Она была неширока – полоска на две машины. Но асфальт лежал ровный и чистый, и поля по сторонам были свежи и чисты, и чистая речушка выныривала из-под аккуратного мостика. В километре от шоссе дорога уходила в лес, в чистую густую зелень.

«А чего бы не свернуть? – подумал я внезапно. – Свернуть, и все. Посмотреть, что там. Деревня? Вряд ли – слишком чиста дорога, не загваздана тракторами. Большой город? Но тогда была бы забита транспортом до предела. Маленький городок?»

А что, подумал я, скорей всего, маленький городок! Маленький умный городок, не пожалевший денег на эту чистую дорогу, сумевший в век напористой и жестокой индустрии сохранить окрестные леса и эту вот речушку, городок, в котором, может, люди живут так, как и я бы хотел, да не умею...

– Правее, – сказал приятель, – ты уж совсем на встречную полосу выехал.

– Смотри, дорога какая!

– А? Ну, да. Ничего...

И пока мы так поговорили, дорога осталась позади. Я взял правее, встречные грузовики больше не угрожали, и наш «жигуленок» продолжал наматывать на неновые протекторы километры, оставшиеся до Балтики. Он делал свое дело, а я свое – думал.

«Ну, чего не свернул? – думал я. – Может, весь крюк-то километров пять. Ну, пусть пятьдесят. Чего не свернул? Проклятый гипноз магистральной дороги!

Вот Паустовский всю жизнь сворачивал с магистралей – и открывал для себя то Мещеру, то Тарусу, то иные места, о которых писал, в которых был счастлив».

Я вспоминал, как дома с друзьями мы охотно каемся друг другу, что не так живем, не о том хлопочем, не туда смотрим, не о том пишем. И все говорим, что так дальше нельзя, что обязательно, непременно надо бы... Но опять и опять из двух незнакомых дорог автоматически выбираем ту, что шире и глаже. Вот как я только что...

Назавтра мы приехали в Литву, и было там очень хорошо.

Однако боковая дорога все не шла из головы. Возможно, потому, что и в литературной моей работе, особенно в публицистике, тоже была своя боковая дорога, в которую я то и дело буквально утыкался, но ни разу не попытался проехать пусть не до конца, но хотя бы до той точки, до какой хватит опыта, совести и ума.

Вот об этой дороге я и задумался всерьез в то вполне удачное литовское лето. Сверну, решил я. Теперь – сверну.

К сожалению, в публицистике, чтобы свернуть на неведомую дорогу, одной решимости мало. Нужен еще и материал. Как минимум конкретный повод. Повод возник примерно через год.

Не так давно в Москве появился новый театр, который я очень люблю. Официального названия у него пока нет. Официального здания тоже. Но временное пристанище имеется.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены