поваришься в рабочем котле, вся прежняя дрянь из тебя выпарится...
И вот первый рабочий день в жизни Игоря. С опаской входит он в мастерскую: признаться, немногого он ждет от этого занятия, не очень - то лежит к нему душа. Если ты окончил десять классов и мечтал стать инженером, а вместо этого руки твои, привыкшие к «вечному» перу, с трудом постигают премудрость владения напильником, то невольно иной раз и взгрустнется.
В просторной комнате с большими окнами тесно от станков. За станками юноши и девушки. Кто они? Откуда? Никто не обращает внимания на пришедшего. Все заняты делом. Игорь видит склонившиеся фигуры в рабочих халатах, порозовевшие от напряжения лица, сосредоточенные взгляды... Слышно, как шуршат на шкивах приводные ремни, мерно поют электромоторы.
Игорь нерешительно подходит к мастеру производственного обучения:
- Виктор Федорович Яковлев - это вы? Я к вам направлен.
Мастер сидит, облокотившись на край стола, поставленного на возвышении, словно кафедра. Игорь осмотрел его недоверчиво и даже разочарованно. В его представлении мастер - это старичок, любящий изрекать истины, подергивающий усы и поглядывающий на всех поверх очков. А этот... совсем еще молодой, в скромном костюме, такой же подвижной, как сам Игорь.
«Любопытно, как он будет меня воспитывать? - подумал Игорь, нехотя выслушивая объяснения мастера. - Простые вещи так долго растолковывает, все давно понятно». Он прочитал в книжке то, что без него здесь уже прошли. Хотелось поскорее попробовать поработать самому, вот так, как тот парень, что у стены...
... Нехитрая деталь почти готова. Игорь смахивает со лба капельки пота, склоняется еще ниже... Чуткое жало резца вонзается в тело детали. Но вот досада - запорол деталь. Игорь закусывает губу: поторопился! Крупное, мягко очерченное, но энергичное лицо его хмурится.
Виктор Федорович ходит между станками, придирчиво проверяет детали, объясняет ошибки, хвалит, критикует.
«Нет, не стану его звать! - решает Игорь. - Сам обойдусь!» - И вставляет в патрон другую, заготовку.
Обработав ее, распрямляется, подносит штангенциркуль к самому носу. Еще одну запорол, размеры не выдержал... Неужели он, человек со средним образованием, не в состоянии одолеть эту премудрость?!
- Станки плохие, - вздыхает кто - то рядом.
- При чем здесь станки?! - сердится Игорь. Ему становится обидно, так обидно, что он даже не чувствует, как прищемил палец, когда вставлял третью заготовку. Вместе с тем задорное желание во что бы то ни стало добиться своего увлекает его.» И снова неудача. Нет, это уж сверх меры!
- Виктор Федорович! - не выдерживает Игорь.
Как - то неловко работать, когда за спиной стоит мастер. Но станок будто стал послушнее, и руки начинают увереннее чувствовать непокорный металл. Оказывается, не такое уж простое дело - придавать детали нужные формы.
- Уф! - отдувается Игорь, когда мастер принимает готовую деталь. - Ну как, а?
- Для начала пойдет. Только вот тут поровнее надо. Согласен?
- Разрешите, еще одну сделаю?... - Игорь виновато улыбается и думает: «Что же мастер сам не подошел?»
- А я все за тобой наблюдал, - как бы поняв его мысли, говорит Виктор Федорович и тоже улыбается. - Дай, думаю, посмотрю, на сколько заготовок у него гордости хватит. Три штуки - ничего, подходящее упорство...
Игорю хочется еще поговорить с мастером.
В 11-м номере читайте о видном государственном деятеле XIXвека графе Александре Христофоровиче Бенкендорфе, о жизни и творчестве замечательного режиссера Киры Муратовой, о друге Льва Толстого, хранительнице его наследия Софье Александровне Стахович, новый остросюжетный роман Екатерины Марковой «Плакальщица» и многое другое.