- Danke schon, - тихо сказал немец.
Он постоял немного, словно хотел еще что - то сказать, потом пошел.
- Беженцы, - промолвил Лопасин, подгребая нагоревшие угли. - Тут их полно в лесу!
С детишками.
Костер разгорался все сильнее и сильнее, и текучий свет его омывал лица. Одни были моложе, другие старше, но на всех лежало выражение тихой радости и мужественной сосредоточенности.
- А ведь я его признал! - сказал вдруг Суховерков.
- Кого это?
- Да вот того, что приходил. Это он вчера от меня в лесу стрекача дал.
В небе гудели самолеты. Красные и зеленые сигнальные огни низко текли над лесом.
- Сверху бы теперь посмотреть, - сказал Суховерков, поворачивая полыхавшую одним боком лесину. - Поди, вся земля в огнях...
И все как бы сверху увидели землю в ярких огнях, и кто-то подбросил еще хворосту в костер, и сухая хвоя подернулась сизым дымком, и пламя, стреляя искрами, завихрилось и, радостно гудя, взметнулось высоко в темное небо.
В 3-м номере читайте о трагической судьбе дочери Бориса Годунова царевны Ксении, о жизни и творчестве «королевы Серебряного века» Анны Ахматовой, о Галине Бениславской - женщине, посвятившей Сергею Есенину и жизнь, и смерть, о блистательной звезде оперетты Татьяне Шмыге, о хозяйке знаменитого парижского кафе Агостине Сегатори, служившей музой для многих знаменитых художников, остросюжетный роман Екатерины Марковой «Влюблен и жутко знаменит» и многое дургое.
Обсуждаем очерк «Дружили три товарища...»