Нужны ли «варианты» современных шахмат?

Я Рохлин| опубликовано в номере №800, сентябрь 1960
  • В закладки
  • Вставить в блог

На протяжении последних двухсот лет идея, лежащая в основе древней шахматной игры («разумом и волей одерживают победу»), привлекала внимание не только миллионов любителей шахмат, но и изобретателей, предлагавших различные варианты «новых шахмат», Изобретатели критиковали нынешние шахматы за их «устарелость» и якобы излишнее влияние, которое приобрела шахматная теория. Высказывались мнения о необходимости новых, более «актуальных» фигур (например, «паровозов», «самолетов», «ракет» и т. п.). Мне пришлось видеть на своем веку более двадцати вариантов так называемых «неошахмат», включая «кубические», «объемные», «магические шахматы», «шахбой» и другие.

В чем же основная беда большинства изобретателей? К сожалению, все они оказывались слабыми шахматистами. Но хуже всего то,

что изобретатели «неошахмат» нередко повторяли в завуалированном виде давно отвергнутые жизнью варианты шахмат.

Изобретение 1 500 лет назад в Индии шахматной игры («чатургана») не было заслугой одного человека. Творцом шахмат и их дальнейшей эволюции была коллективная мысль народа. Шахматы возникли из потребности человека в такой форме умственного соревнования, которая исключает элемент «чистого случая» и зависит только от способностей соревнующихся. Современные шахматы являются идеальным решением этого вопроса. Уже после второго хода у шахматистов возникают тысячи позиций. А сколько их будет дальше? Даже феномен - математик не сможет их рассчитать. Известно, что после десяти ходов количество возможных позиций достигает астрономического числа в 27 цифр - миллиарды миллиардов! А ведь партия в среднем длится не 10, а 40 ходов!

Сильнейшие гроссмейстеры мира изучили «шахматные законы», если употребить арифметическое сравнение, едва ли на 10 - 15 процентов. И достигли они этого за 200 - 300 лет!

Вернемся, однако, к предложениям изобретателей «неошахмат».

Представим себе «театр», где актеры будут разыгрывать различные драматические эпизоды, двигаясь не на ногах, а на... ходулях. Это будет забавное зрелище, так как от актера потребуются не только мастерство речи и выразительность, но и особые цирковые трюки. Как «ходульный театр» не будет иметь ничего общего с серьезным театром (в обычном смысле слова), так и «новые» варианты шахмат ничего, кроме путаницы, не дадут. Пока живы и неисчерпаемы принятые миллионами людей современные шахматы, никакая другая, похожая на них «игра» не будет иметь массового успеха.

В связи с этим хочется остановиться на играх, которые рекомендует М. Шафран: «шахматы для четырех партнеров» (см. журнал «Вожатый» № 1 за 1960 год) и «шестигранные шахматы» (см. журнал «Юный техник» № 5 за 1959 год и № 2 за 1960 год).

Прежде всего следует заметить автору этих игр, что Чигорин и Капабланка никогда не увлекались «четверными шахматами» и нигде на страницах печати их не рекомендовали. Это досужий вымысел М. Шафрана. В древней Индии в «чатургану» действительно играли вчетвером, но такая примитивная игра - забава (с добавлением новых клеток на доске) давным - давно себя изжила. Струйным выглядит и предлагаемое М. Шафраном нагромождение фигур, ибо уже в начальный момент они занимают большую половину (!) клеток доски. А то, что слон может переходить с одного цвета полей на другой, противоречит важнейшему исторически сложившемуся принципу шахматных фигур - не менять своего качества и не нарушать движения по геометрическим линиям, за исключением прыжка коня. И уже совершенно нелепым выглядит условие, чтобы союзники в процессе игры вслух консультировались между собой о плане действий и выборе ходов. Даже дети легко сообразят, что такой «порядок» смешон и ни к чему, кроме беспорядка, не приведет.

Что касается «шестигранных шахмат», то и здесь нет ничего, кроме усложнения правил движения фигур. Таких вариантов на досуге можно создать множество.

Уже сама «шестигранная доска» с выступающими по краям остатками срезанных клеток вызывает недоумение. Ведь для такой «реформы» нужна серьезная мотивировка! На «шестигранной доске» мы видим сплав из обычных шахмат и дополнительных фигур (по три слона вместо двух, по девять пешек вместо восьми), а некоторые из них поставлены прямо - таки шиворот - навыворот. Неужели М. Шафран хочет убедить себя и других в том, что ребенок 10 - 12 лет будет изучать, скажем, вымученные им ходы пешкой: то прямо к центру, то через одну клетку, а то через две! Наконец, чего стоит такое правило: «слон и ферзь могут вступать в игру через строй не трогавшихся с места пешек, что усиливает интенсивность (?) развития партии».

Нет нужды занимать читателей перечислением других нововведений изобретателя «новых шахмат». Одно ясно: правила в них лишены главного - простоты, единства и последовательности.

Попытки отдельных лиц создать разные «объемные», «шестигранные» и прочие «игры» путем прямого заимствования творческой идеи у современных шахмат не имеют ничего общего с серьезными Шахматами и являются вздорной, бессмысленной затеей. Надо понять, что если на современные шахматы никем не взят патент, то это не дает еще повода некоторым «изобретателям» присваивать себе «авторское право» на то, что им, по существу, не принадлежит.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В июльском номере читайте о трагической судьбе младенца-императора Иоанна Антоновича, о жизни и творчестве замечательного писателя Ивана Лажечникова, о композиторе Александре Бородине - человеке весьма и весьма  оригинальном, у которого параллельно шли обе выбранные им по жизни стези – химия и музыка, об Уильяме Моррисе -  поэте, прозаике, переводчике, выдающимся художнике-дизайнере, о нашем знаменитейшем бронзовом изваянии, за которым  навсегда закрепилось имя «Медный», окончание иронического детектива  Елены Колчак «Убийство в стиле ретро» и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

49 часов 25 минут

Повесть. Продолжение. Начало см. в «Смене» № 17