— Левый, левый, я – правый, как слышите меня? Прием...

— Правый, слышу вас хорошо. Почему прекратили протяжку дюкера?

— Дюкер замер на месте. Сдвинулся всего на несколько метров. Левый, левый, есть предложение... дать максимум... Как слышите? Прием...

— Правый, слышу вас хорошо. Хорошо слышу...

— Левый, так как насчет пятидесяти? Молчание, треск в наушниках.

— Левый, левый, почему молчите?

— Даю пятьдесят. Правый, даю пятьдесят. Постепенно выхожу на максимум. Как слышите меня? Прием...

— Понял вас. Даю отмашку...

И снова Римар взмахнул флагом. Сгущающиеся сумерки прорезал страшный рев катерпиллеров и трубоукладчиков, теперь – переставленные – они сосредоточили силу тяги ближе к началу трубы, лебедка в это время дала максимальную тягу – пятьдесят тонн, и труба – родная, долгожданная, бесценная, золотая – плавно пошла в воду, в свинцовую ее глубину...

Все еще будет впереди – уйдет на дно первая плеть, за ней, припаянная концом к концу, скроется в воде вторая, и водолазы проверят, как дюкер лежит и нежится на дне... И все будет в порядке, . и будет радость, ликование, победа, как будут победы и на других реках, через которые им, римаровцам, тянуть еще дюкеры: через Обь-Медведево, через Ильяк, Кильяк, Васюган, Парабель... Да, все это еще только будет... а сейчас, вот в эти минуты, они видят, как уходит дюкер в плотную глубину Ваха. Они видят это сейчас – и нет предела их радости!

...А все же солоны берега у Ваха.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.