В этот год царь Георгий  XII попросил российского императора взять его многострадальную страну под свою защиту и покровительство -  ведь всем  же было известно, что  Россия  своих   не бросает, и в обиду не дает!

И войска вошли в Грузию, чтобы защитить ее от персидских притязаний. Три тысячи русских солдат день и ночь отражали набеги лезгинских племен. Более того, они разгромили  войска  вторгшегося  в страну Омар-хана Аварского.

За это сражение Петр Степанович Котляревский  получил свой первый орден Святого Иоанна Иерусалимского, кроме этого, ему был присвоен чин штабс-капитана.

«На рассвете 19-го, когда генерал Лазарев приказал русским офицерам брать царицу «прямо с тюфяками», все грузинки из ее окружения обнажили кинжалы. Лазарев был в этот момент на дворе, на крики офицеров «егерей, егерей!» он вбежал в покои царицы Мариам. Притворившись больной, она  подала генералу левую руку и сразу ударила его кинжалом. Лазарев у порога упал замертво. Только по прибытии Цицианова удалось обезоружить грузинок и царицу Мариам,  которая получила небольшую резаную рану. Впоследствии отряд генерала Алексея Тучкова с немалыми трудами и стычками с горцами доставил царицу во Владикавказ».  (Из записок Алексея Сергеевича Тучкова)

- По вашему приказанию прибыл, - четко отрапортовал Котляревский,  войдя в кабинет нового командующего войсками в Грузии  князя Цицианова.

- Премного о вас наслышан штабс-капитан, да и убиенный генерал Лазарев очень похвально отзывался,  посему предлагаю вам незамедлительно продолжить службу моим личным адъютантом.

- Могу ли я уклониться от этого предложения, если, конечно, это не есть приказ?  Предпочитаю армейскую службу, ибо буду более полезен именно там, а не в штабных кабинетах.

Князь поднялся с кресла и подошел к окну. Помолчал минут пять, наконец,

голосом, в котором прозвучал металл,  произнес:

- Извольте принять под свое начало семнадцатую роту егерского полка! И более я вас не задерживаю.

1812 год.  Ставка главнокомандующего русской армией на Кавказе Николая Федоровича Ртищева

- О вас в армии уже слагают легенды, и, признаюсь честно, не безосновательно, - произнес  командующий и одобрительно похлопал молодого генерала по плечу. - Многочисленные награды от государя императора тому яркое подтверждение, да и звание генерал-майора в неполных тридцать лет, это, знаете ли, случай редчайший. Если мне память не изменяет, сам Суворов в ваши годы был всего лишь подполковником! Но я вас сюда пригласил  отнюдь не для того, чтобы дифирамбы петь. Далекая от этих мест, но оттого не менее близкая  нам Москва стала местом великой битвы с полчищами Наполеона. А наши союзнички-англичане  полностью снабжают персов деньгами, шлют и шлют им оружие, пушки и даже откомандировали в их армию аж триста пятьдесят инженеров и офицеров. Они строят крепости по всем европейским канонам и тренируют солдат и офицеров. Скажу вам более - обнаглели до того, что на переговоры с нами приходят не персидские парламентеры, а истинные английские джентльмены! Каково?! Естественно, противник обнаглел и требует вернуть все, что мы завоевали потом и кровью, а карабахский хан, извините меня за прямолинейность, крутит задом и твердит, что он правит независимым...э… государством. Так вот, незамедлительно поезжайте к нему и доходчиво втолкуйте, что это не так! Надеюсь, вы меня правильно поняли?

На следующее утро молодой генерал, в сопровождении всего… одного адъютанта, прискакал в столицу Карабаха, как и полагается, все оружие сдал охране, после чего,  растолкав их, ворвался в покои «суверенного правителя». Размахивая плеткой и произнеся «очень убедительный монолог», он склонил хана к немедленному написанию глубоких извинений Российскому императору. И тут же последовала «ханская воля» - собрать и отправить в распоряжение русской армии большой обоз с провиантом, оружием и порохом.

Как говорится, инцидент (то есть - возможность мятежа!) был полностью исчерпан, к обоюдному удовлетворению сторон.

Ночь с 30 на 31 декабря

Приказ  Котляревского  по отряду:

 «Истощив все средства, принудить неприятеля к сдаче крепости, найдя его к тому непреклонным, не остается более никакого способа покорить крепость сию оружию российскому, как только силою штурма. …

Я предлагал два раза неприятелю о сдаче крепости, но он упорствует; так докажем же ему, храбрые солдаты, что силе штыка русского ничто противиться не может: не такие крепости брали русские и не у таких неприятелей, как персияне, а сии против тех ничего не значат…»

Во всемирной военной истории не так много боев, которые по напряженности и кровопролитности можно сравнить со штурмом Ленкорани.

В этом бою отважного генерала тяжело ранили - два раза в голову и один в ногу.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.