- А что, Белинский, правду ли говорил Мишель, будто слышал от вас суждение об этом событии - весьма и весьма пристрастное?..
Белинский недоумевающе приподнял бровь.
- Будто сказывали вы, - с нарочитой небрежностью продолжал Тургенев, - что будь вы на месте главарей революции, то трижды казнили бы французского короля?
Тени шелестящей листвы каштанов скользили по лицу Белинского, а когда сквозь широкий просвет упало солнце, Тургенев был поражён суровым выражением этого лица.
- Но, должно быть, Мишель увлёкся, - неуверенно закончил он. - Столь кровожадные намерения...
- Бакунин сказал правду, - резко перебил Белинский. - Так говорил я в те годы, так думаю и сейчас. Какое имеет право подобный мне человек стать выше человечества, отделиться от него железной короной и пурпуровой мантией, на которой видна кровь первого человекоубийцы? Гегель мечтал о конституционной монархии, как идеале государства, - какое узенькое понятие! Нет, не должно, вовсе не должно быть монархов!
- Но казнь - это ужасно! - пришепётывая от волнения, вступился Тургенев.
- Казнь тирана - это честно и справедливо! - отрезал Белинский. - Я свято верю, что настанет в России день... когда...
Белинский не смог досказать своей мысли. Жестокий приступ кашля заставил его остановиться.
В горестном молчании Тургенев взял друга под руку. Тихо, бережно вёл он Белинского по многолюдной улице к отелю «Мишо»...
В Париже Белинского навестил Александр Иванович Герцен. Он эмигрировал из России, чтобы продолжать свою революционную деятельность. Встреча двух русских борцов за свободу омрачилась тревогой. Герцен сознавал, что наступают последние дни «неистового Виссариона»«. В глубоком волнении перелистывал он копию бессмертного «Письма к Гоголю». За высокими венецианскими окнами гостиницы спускались сумерки.
Когда Белинский вышел в другую комнату, Герцен склонился к Анненкову и, понизив голос, сказал:
- Это гениальная вещь, да это, кажется, и завещание его...
Тургенев и Белинский простились в Париже навсегда: через несколько месяцев по возвращении в Петербург Белинский скончался.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.