И с каким - то отчаянием она начинает доказывать, что Быков прав, что мало еще досталось Шамову и что она, Варька, на всю жизнь возненавидела бы любимого, который в ответ на оскорбление трусливо проскользнул бы в толпе и побежал задворками в отделение милиции, жаловаться.
- Да я такого... не ненавидеть, нет, - поправляется она, - презирать буду. Здесь струсил, так и в большой беде не поможет. Не защитит...
Варька уходит, взбирается на словарь, но работу не продолжает. Глухов чувствует, что она ждет ответа. Он злится и сидит молча. Варька тоже сидит молча. Глухов восстанавливает по рассказам всю историю с Шамовым, вспоминает его прежние хамские выходки и склоняется к Варькиному мнению:
«Действительно, Быков - то - хороший парень. И волейболист прекрасный. Без него команда наверняка проиграет. Только что еще за моду взяла эта барышня - указывать!»
И он кричит Варьке:
- Что остановились? Печатайте! Как есть, так и печатайте: никаких исправлений!
Не сразу и не бойко, но машинка застучала.
Отправляясь домой, Глухов как бы между прочим говорит:
- Списки отпечатаете, положите ко мне на стол. Завтра сам Климову передам.
Варька понимает: списки нужны собрание сегодня. Задержусь, правда, к открытию лодочной станции не успею... Ну, да пусть!» И, бросив на Варьку убийственный взгляд, тоном извинения говорит ребятам:
- Так уж получилось вчера... собрание отменили.
- Правильно! - густым басом перекрывает неуверенную речь Глухова колхозный конюх Сеня Ширшов. - Зато вот кукурузу посеем все - таки.
- Идемте, Саша, я объясню вам, - примирительно говорит Варька и тянет Глухова за рукав в сторону. Потом оборачивается к столпившимся ребятам и шутливо грозит пальцем: - Перекур три минуты. Не больше!
Они идут по неровному влажному полю на почтительном расстоянии друг от друга и молчат. Оба сосредоточенно смотрят под ноги, словно задались целью проследить, как налипает на подошвы вязкая земля и постепенно тяжелеет обувь. Варька припадает на ушибленную ногу.
- Саша, - прерывает она наконец молчание. - Вы не сердитесь. Я сейчас все объясню. - И, не давая Глухову ни возразить, ни согласиться, быстро выкладывает свои «объяснения».
Глухову, чтобы утром незаметно для нее вписать Быкова.
Глухое закрывает ящики стола и строго наказывает Варьке:
- К Зуеву в Бобровку надо съездить, Варвара Павловна. Взносы задерживает и шестерых комсомольцев потерял без вести. На учете числятся, а куда уехали, неизвестно. Разберитесь. Заодно собрание комсомольцев проведите...
- Завтра с попутной машиной выеду, - в тон ему, сухо отвечает Варька, а сама мысленно ругает себя: «Ведь хотела же вчера съездить!»
- Зачем на завтра откладывать? - возражает секретарь и забирает вихрастые белесые волосы под кепку. - Подвезу. Собирайтесь...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Письмо из Парижа