Крым: зона особого риска?

Валерий Митрохин| опубликовано в номере №1475, ноябрь 1988
  • В закладки
  • Вставить в блог

В районе размещения АЭС — заповедники: пойма речки Семь Колодезей, Астанинские плавни, мыс Казантип. О том, что их ждет в ближайшее время, нетрудно догадаться. Вот совсем свежий факт. В результате паводка пруд-охладитель АЭС (Акташское озеро) переполнился. Намытая строителями дамба разрушилась. Соленая вода затопила рукотворный лес, который гибнет.

Не исключено, что со временем в грунтовых водах под станцией и прудом-охладителем станут накапливаться радиоактивные частицы и, поскольку подземные воды напрямую связаны с Азовом, эти частицы рано или поздно проникнут в море. Подтверждение такой возможности можно «прочесть» и в технико-экономических обоснованиях.

Но наиболее бездушное отношение к Азову выразил в своем выступлении в местной газете «Под знаменем Ленина» заместитель начальника управления строительства Крымской АЭС Е. Черняховский. Цитирую: «На строительстве Крымской АЭС немало технических проблем. Одна из них — ограниченность запасов пресной воды. А ведь ее в процессе эксплуатации потребуется большое количество. Для многих систем охлаждения АЭС будет использоваться соленая морская вода. Специальные насосы, изготовленные из нержавеющей стали, и напорные циркуляционные трубопроводы с защитой внутренних и наружных поверхностей будут подавать воду из моря на объекты».

А после отработанную воду придется сбрасывать назад в Азов!

«Таким образом, достижения науки, воплотившись в производство, помогут значительно сократить стоимость работ», — с пафосом завершает свою статью один из руководителей стройки.

Нет, боролись и против сброса продувочных вод в Азовское море. Ведь Казантипский залив имеет ценное рыбохозяйственное значение, является наиболее благоприятным местом нагула осетровых, камбалы, бычков, кефали, сельди, хамсы. А в зимний период Казантипский залив — надежная, вместительная зимняя квартира для осетровых.

С 1979 по 1983 год ЦУРЭН (Центральное управление рыбохозяйственной экспертизы и нормативов) стойко не согласовывало проектные материалы сброса продувочных вод Крымской АЭС в Казантипский залив, ссылаясь на заключение АзНИИРХа (Азовского научно-исследовательского института рыбного хозяйства), в котором отмечалось, что сброс повлечет за собой повышение солености выше 12,5 промилле и создаст в Казантипском заливе предпосылки для массовой гибели многих видов рыб. Однако людям, которые столь долго и упорно отстаивали интересы Природы, все-таки чего-то не хватило: то ли проницательности, то ли сил. ЦУРЭН вдруг согласовывает отвод продувочных вод в Казантипский залив при условии, что будет обеспечено такое турбулентное перемешивание, которое воспрепятствует возникновению нежелательных последствий в районе стоков. И делает при этом смехотворную оговорку: «Если при предусмотренной конструкции и параметрах выпуска стоков АЭС в залив окажется отрицательное влияние на условия обитания и воспроизводства ценных видов рыб, ЦУРЭН оставляет за собой право отозвать заключение по техническому проекту Крымской АЭС». Смехотворность этой оговорки прежде всего в том, что атомную станцию не остановить. Значит, отзывай не отзывай, а продувочные воды будут сбрасываться: без этого станция не сможет нормально работать.

В технико-экономическом обосновании второй очереди Крымской АЭС, которая сооружается рядом с первой, приводится и такой аргумент: «Азовское море относится к морям, загрязненным химическими отходами...» Мол, чего переживать? Море и так пропало. Пусть хоть новой энергетике послужит!

С каждым днем все определеннее просматривается безрадостная перспектива: АЭС, строящаяся на берегу моря, будет отнюдь не спасительницей его, как предполагалось, а могильщиком.

Летом 1986 года ученые Института минеральных ресурсов и отдела сейсмологии АН УССР провели полевые исследования, позволяющие утверждать, что разломная тектоника в районе строительства Крымской АЭС широко развита. Разлом (Северо-Акташский), имеющий ширину смещения до 150 метров и падающий к северо-западу под углом 65 — 80 градусов, проходит в непосредственной близости от участка строительства, и подвижки по нему продолжаются в настоящее время. Район находится в зоне 7 баллов. Конструкции же АЭС рассчитаны на 8 — 9 баллов. Но при столь низком качестве строительства и проекта подобный запас прочности — фикция. Возможен перекос конструкций АЭС.

С 8 по 10 апреля 1987 года в районе строительства Крымской АЭС зарегистрировано 25 подземных толчков силой в четыре балла. Впервые в истории сейсмических наблюдений эпицентр находился в акватории Азовского моря. Разве это не требует кардинального пересмотра строительства атомной? На мой взгляд, Крымскую АЭС можно использовать только лишь в качестве учебного полигона для проектировщиков, строителей и эксплуатационников. Пусть на модели, имитирующей реактор, учатся операторы АЭС нашей страны, социалистического содружества, развивающихся стран. Пусть страна, получившая урок Чернобыля, сделает все возможное, чтобы подобная трагедия не повторилась. И далее. Нужно продолжить в этой зоне важнейший эксперимент по совершенствованию Крымской солнечной электростанции. А город атомостроителей Щелкино превратить в центральный населенный пункт Азовского курортного района Крыма.

При посещении гелиостанции, что построена рядом с АЭС, президент Академии наук Г. И. Марчук заинтересовался развитием солнечной энергетики в Крыму, обещал поддержку конструкторам и проектировщикам солнечной электростанции.

Нужно сделать все, чтобы работа во благо человека не обернулась против него.

От Редакции

Готовя к печати статью В. Митрохина, мы обратились в Государственный комитет СССР по надзору за безопасным ведением работ в атомной энергетике и Министерство атомной энергетики СССР: каково их мнение о строительстве АЭС в Крыму, качестве работ, о возможных последствиях эксплуатации атомной станции?

«Крымская АЭС, расположенная в малонаселенном районе восточного Крыма, с расчетной сейсмичностью 7 баллов запроектирована и строится с применением технических решений, обеспечивающих ее безопасность при эксплуатации как для персонала станции, так и населения, а принятые решения по системе технического водоснабжения не ухудшают экологическую обстановку в прилегающих к станции районе и акватории Азовского моря», — сообщил редакции заместитель председателя Госатомэнергонадзора Н. А. Штейнберг.

Конечно же, мы рассчитывали на подробности, развернутые пояснения, но, увы, получили весьма краткое, лаконичное письмо. Если Госатомэнергонадзор так спокоен, то почему бы ему не рассказать, откуда это спокойствие взялось? Почему свою ведомственную уверенность не передать общественности, которой небезразлична судьба Крыма, окружающих его морей, безопасность населения, и тем самым снять напряжение, кривотолки вокруг АЭС? Вместо этого тов. Штейнберг отсылает нас со всеми вопросами в Минатомэнерго СССР.

Но и пятистраничное письмо заказчика и генпроектанта Крымской АЭС — Минатомэнерго СССР — за подписью замминистра А. Л. Лапшина, к сожалению, мало что проясняет, если еще больше не запутывает. Так, оказывается, министерство не располагает фактами нарушения технологии строительства!

«Если у т. Митрохина имеются какие-либо факты нарушения технологии строительства, неизвестные заказчику (дирекции АЭС или группе авторского надзора (значит, некоторые факты все-таки известны? — Ред.), то было бы очень полезно с ними познакомиться». Тут бы бросить все дела и ехать в Крым проверять качество работ, а нам с олимпийским спокойствием сообщают: «было бы полезно»... Или в министерстве не знают и того, что не за образцово-показательный труд много раз менялось руководство АЭС — за 17 лет сместили чуть ли не десяток директоров; текучесть кадров на станции — до 50 процентов в год... Материально-техническое снабжение атомной — на уровне самой захудалой стройки, штурмовщина на объекте — обычное явление... И при такой чехарде исключаются все нарушения технологии строительства? Весьма сомнительно.

Главный вопрос — о безопасности станции. Тов. Лапшин в отличие от тов. Штейнберга сообщает, что сейсмичность площадки — 6 баллов. Так шесть или семь?.. «После чернобыльской трагедии становится вполне очевидным, что строительство Крымской АЭС в курортной зоне, в условиях высокой сейсмичности — до 7 баллов, требует дополнительного серьезного обсуждения», — сообщил нам академик Б. Ласкорин. Правда, и замминистра пишет: «В ближайшие 3 года будут проведены дополнительные, более детальные исследования сейсмичности площадки Крымской АЭС...». Так как же можно строить без детальных исследований? Есть ли у Минатомэнерго сомнения или «детальные исследования» — формальность, которая должна окончательно успокоить скептиков, сомневающихся в непогрешимости проекта? Впрочем, в этой туманной ситуации мы можем сколько угодно предполагать, додумывать, гадать... Правда, как полагают в Минатомэнерго, худшее мы все же должны исключить: «После аварии на Чернобыльской АЭС любой объект атомной энергетики необоснованно воспринимается населением как потенциальный источник такой же аварии. На Крымской АЭС применяется реакторная установка совершенно другого типа». Во-первых, что значит «необоснованно»?! А во-вторых, товарищ Лапшин тут же, строками ниже, сам себе противоречит: «Абсолютной технической безаварийностью не обладает ни одно техническое средство, которым пользуется человечество, однако принятые и принимаемые в настоящее время технические и организационные меры по повышению безопасности атомных станций гарантируют, что ни одно исходное событие, в том числе аналогичное возникшему на Чернобыльской АЭС, не приведет к такой аварии». Заметим, вопреки всему — опять гарантии. Вероятно, и на Игнаинской АЭС выдавали гарантийные векселя. Однако из-за соображений безопасности Совмин Литвы принял решение о прекращении строительства третьего блока АЭС. А 5 сентября на втором блоке вспыхнул пожар, остановили реактор. Благо, все обошлось... (Буквально накануне аварии тот же тов. Лапшин на страницах «Комсомольской правды» снова говорил о надежности атомных станций!) Быть может, не стоит торопиться с гарантиями? Впрочем, как считают многие люди, чтобы не искушать судьбу, сооружение Крымской АЭС необходимо остановить, отказаться от нее, как это уже сделано в Одессе, Минске, Краснодаре, Чигирине... Но заместитель министра стоит на том, что «строительство АЭС — насущная необходимость и в промышленной энергетике альтернативы этому строительству нет». А движущая сила воды, ветер, биогаз, энергия солнца, водородная технология? В Крыму, кстати, уже существует солнечная станция, есть проекты достаточно мощных ветровых. Для развития нетрадиционных (экологически чистых и экономически выгодных) источников энергии на полуострове просто идеальные условия. Потом, как показывает зарубежный опыт (США, Швеция), ветряные станции успешно конкурируют с тепловыми и атомными. Это — с одной стороны, а с другой — к чему в Крыму промышленная энергетика? Уж не для развития ли химической промышленности? Крым и без того превращен в перевалочную базу: химическое объединение «Титан» и Сивашский анилинокрасочный завод работают на привозном, зарубежном сырье, а готовую продукцию в основном вывозят в другие регионы страны. Теперь же предполагается создать новое, более мощное предприятие Минхимпрома «Таврия»! А нам казалось, что у Крыма иное предназначение — туризм, лечебные санатории, дома отдыха. И разве декрет В. И. Ленина «Об использовании Крыма для лечения трудящихся» кто-то отменил, аннулировал? Или пришло то время, когда для министерств и ведомств, Госплана, Госстроя и других требуются специальные правительственные постановления по выполнению ленинских декретов?

К затронутой проблеме вернемся еще не раз. Но мы бы не хотели из одной крайности шарахнуться в другую. Поэтому обращаемся и к противникам атомной энергетики, и к ее сторонникам, предлагаем ведущим институтам, ученым, специалистам провести в «Смене» «круглый стол» — обсудить проблемы и перспективы развития атомной энергетики. Читатели журнала ждут такого разговора — откровенного, конструктивного.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о судьбе «русского принца Гамлета» -  императора Павла I, о жизни и творчестве Аркадия Гайдара, о резком, дерзком, эпатажном, не признававшем никаких авторитетов и ценившем лишь свой талант французском художнике Гюставе Курбе,  о первой женщине-машинисте локомотива Герое Социалистического Труда. Елене Чухнюк, беседу нашего корреспондента с певцом Стасом Пьехой, новый детектив Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев» и многое другое

Виджет Архива Смены

в этом номере

В графе «национальность»

Семья одна, национальности — разные. Плюсы и минусы смешанных браков с точки зрения социолога.