Клуб «Музыка с тобой»

Валентин Рощин| опубликовано в номере №1360, январь 1984
  • В закладки
  • Вставить в блог

Адриано Челентано: этюд в социальных тонах

Прошлым летом прошел слух. что на гастроли в СССР приезжает Адриано Челентано. – Вы слышали, приезжает Челентано, – поспешил я поделиться новостью со знакомым итальянцем, работающим в Москве, полагая. что ему будет приятно узнать о признании таланта своего соотечественника.

Но в ответ тот скорчил гримасу, которая должна была означать: «Неужели не могли пригласить кого-нибудь другого, получше?» – и пожал плечами.

Признаюсь, его ответ даже расстроил меня, это был период, когда Челентано мне нравился. Высказанное мнение, впрочем, можно было бы сбросить со счетов – это было мнение банкира, а не искусствоведа, среднего потребителя, а не ценителя. Но сделать этого я не мог, потому что сам ощущал, что певец вызывает во мне далеко не однозначные чувства, временами даже откровенную неприязнь, а периоды увлечения сменяются активным его неприятием. И дело здесь, конечно, не в том, что он предает прославленное итальянское бельканто и поет голосом хулигана с городской окраины… Челентано, бесспорно, артист по рождению. Он музыкален, пластичен. Тот, кто помнит его танго на набережной в фильме «Блеф», или видел, как он давит виноград в «Укрощении строптивого», согласится, что чувство ритма живет в нем от рождения, что артистичность дается ему без всякого труда. Он играет и поет, как живет. Это его естественное состояние, которое он умеет передавать другим. Среди многочисленных итальянских «звезд» Адриано Челентано пользуется особым положением. Его впустили в узкий круг эстрадной и кинематографической элиты. Попавшему туда не нужно раздавать интервью по любому поводу, чтобы напомнить публике о своем существовании, не нужно устраивать шумные истории вокруг своей личной жизни, чтобы не быть забытым. Поскольку каждый из них – Модуньо ли, Сорди, или, наконец, Челентано – и без того может рассчитывать на успех. Успех большой, но все же имеющий четко очерченные пределы – их определяют размеры аудитории, с которой находит взаимопонимание артист. Это их личный успех, он не зависит от моды, его причины глубже.

С этим обстоятельством связан парадокс Челентано. Оказалось, что ему гораздо проще покорять аудиторию за пределами страны, там, где не понимают смысла слов его песен, там, где он увлекает мелодией, настроением, артистизмом. На родине круг его поклонников сужается, далеко не все там согласны с его точкой зрения.

Это история одного из нас». Такими словами начинается лучшая, на мой взгляд, песня Челентано – песня «Парень с улицы Глюк». Для него она, кстати, автобиографична. В ней рассказывается история парня, выросшего за городской чертой, среди людей спокойных, тех, что работают». Но наступает день, когда парень этот отправляется в город искать счастья. Друзья завидуют ему: «Наконец, ты едешь в город. Там найдешь ты то, чего здесь нет». Проходят годы, парень с улицы Глюк выбился в люди. Он возвращается туда, откуда начал путь. Теперь он богат, может купить не только дом, в котором вырос...

Но где же этот дом? Где друзья?»

Город поглотил все. Нет прошлого, нет будущего.

Как же быть?!»

Челентано родился в 1939 году в Милане. Подростком пережил бурную индустриализацию этого района, «по-американски» вырвавшую миллионные массы итальянцев из привычного, устоявшегося стиля жизни, оборвавшую их корни. Челентано отдает дань той эпохе – в 1957 году он побеждает на итальянском общенациональном конкурсе рок-н-ролла с песней «Чао скажу тебе». Ранний успех не вскружил ему голову. Прослушивая записи тех лет, удивляешься, насколько ровно, на высокопрофессиональном уровне выступал он тогда. Эту высокую артистичность он сохранил до сих пор.

Но время шло вперед. Менялись ритмы. Рок-н-ролл устаревает, сходит со сцены. «Звезды» еще вчера безраздельно господствовавшие на эстраде, в растерянности: режут себе вены, пьют, сходят с круга. Другие пытаются подстроиться под новые ритмы. Часто с трагическим исходом. Челентано выжидает, он не хочет подстраиваться, он хочет остаться самим собой. Был ли это тактический ход расчетливого бегуна на длинную дистанцию»? Скорее певец просто не мог петь иначе, чем пел раньше, чем будет петь позже. Он был выращен в ритмах своей эпохи, он жил ими. И ждал своего часа. Так ли это было на самом деле и насколько мучительным было это ожидание, неизвестно: Челентано не допускает любопытных в свой внутренний мир. Так или иначе, но он дождался своего часа.

Без модного когда-то кока, без ботинок на толстой подошве в своем нынешнем обличье он вновь появился перед зрителями в конце шестидесятых годов. Репертуар, естественно, изменился – рок-н-ролл сменился другими, но такими же ритмичными мелодиями. Но не на эти внешние атрибуты хочу обратить внимание.

«Мир раскололся, и трещина прошла через сердце поэта». Может быть, кому-то покажется неуместным цитировать Гейне, когда речь идет «всего лишь» об эстрадном певце и комедийном актере. Трещина действительно прошла через душу Челентано. Он стал знаменитостью в переломные для итальянского общества годы. Он вернулся на авансцену, когда новый кризис обещает вновь радикально изменить образ жизни итальянца. Поэтому так уместно, злободневно и больно звучат его сожаления о безвозвратно утерянном прошлом и опасения за будущее. Но как скудно и плоско выглядит пересказ его поэтического обличения борьбы за существование, погони за деньгами. Хотя в то же время в окружающем его мире с оголенной жестокостью, он показывает, что значит жить под страхом войны. Вот «трещина» певца.

Челентано, человек сильной воли, не ограничивается ролью плакальщика. Но замазывать свою «трещину» он пытается то идиллическими картинами несуществующей дружной крестьянской общины, то намеками на избавительную миссию «высших сил», что, конечно, естественно и, может быть, даже простительно для такого ревностного католика, как он. Но некоторые его подсказки представляются просто опасными: в них чувствуешь порой тоску по «сильной руке», которая взнуздала бы взбесившееся» общество...

К сожалению, его нельзя разделить пополам: на Челентано-артиста и Челентано-гражданина. Насколько хорош первый, настолько сомнителен второй. Челентано один и неделим, и оценивать его приходится таким, каков он есть. Высшую же оценку, к сожалению, поставить нельзя.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 10-м номере читайте о судьбе супруги князя Дмитрия Донского Евдокии, о жизни и творчестве Василия Шукшина, об удивительной  «мистификации против казнокрадства», случившейся в нашей истории, о знаменательном полете Дмитрия Менделеева на воздушном шаре, о героическом подвиге сестры милосердия Риммы Ивановой, совершенном в сентябре 1915 года, новый роман Анны и Сергея Литвиновых «Вижу вас из облаков» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Ослепленные

Стадион для всех! Но не для пьяниц