- Ты, говорят, называешь свою мать на «вы», - гневно говорил рабочий Жаданов, - оказываешь вроде особое внимание и почет. И тут же бьешь ее по лицу. Да ты не только свою мать, а всех нас, всю нашу рабочую гордость бьешь! Нам стыдно глядеть на тебя такого!...

На лестнице толпились те, кого не могла вместить комната красного уголка. Всем им очень хотелось присутствовать на этом весьма показательном процессе, когда рабочие смело вторглись в личную жизнь своего товарища, сумели выволочь негодяя из новой квартиры, в углах которой уже завелась страшная плесень прошлого, выволочь, чтобы показать народу: глядите, какой уродец завелся среди нас, накажите его.

Суд постановил объявить Куприянову строгий выговор. Суд приказал ему на коленях просить у матери прощения. И Куприянов не смог ослушаться. Вместе с женой он публично просил у матери извинения. Чувствовалось, что осуждение товарищей по труду заставило его по-иному взглянуть на жизнь.

... Представитель Верховного суда долго разговаривал с Гончаровым. Он внимательно разглядывал этого доброго человека с голубыми глазами, слушал его неторопливую, но точную речь. Словно хотел надолго запечатлеть его облик, чтобы потом об этой встрече подробно рассказать в Москве...

В зимние дни, когда пишутся эти строки, Гончарову приходится нелегко. Деятельность товарищеского суда на Днепропетровском заводе имени Бабушкина стала известна стране. Журналисты и писатели, жадные ко всему новому, буквально осадили кабинет председателя суда. А он растерялся: что происходит, почему такой интерес?

- Во вторник суд, приходите, послушайте, - приглашает он. - Будем судить одного бракодела. Ничего особенного. Лечим, врачуем души людей. Воспитываем... И, конечно, выносим приговоры - именем товарищей.

г. Днепропетровск.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.