Я совсем не думаю об Ирке, что мне о ней думать, просто мне не дают спать пароходы. Они гудят, кричат, прямо вопят — от тревоги, тоски, от весны.
Утром мы принимаемся за ловлю.
Свинцовый груз далеко летит в воду, вытягивая за собой десятиметровую леску. Мы забрасываем по две лески. Их натягивает груз. Лески держим на пальце. Вот леска задрожала, натянулась, где-то там под водой трогает наживку осторожный лещ... Потянул, повел. Я подсекаю и тяну леску. Она натягивается до звона, начинает ходить из стороны в сторону. Есть? И всего-то навсего лупоглазый ерш! К обеду мы натаскали штук сорок.
К полдню замирает клев.
Мы задремываем со своими лесками на пальцах. Дремлет в зное река, и солнце будто замерло... Я вспоминаю Аленушку и деда. А вдруг мама не приехала? Что там дедушка сделает, когда он сам как ребенок? А может, она заболела? У нее вчера жар был, кажется. И дедушка может заболеть! Он каждую минуту может заболеть и даже умереть! Они заболеют оба! И дедушка умрет. Умрет один. Ведь он вчера сказал, что уморился. Я скорее вытаскиваю свои лески.
— Толька, мне надо домой!
— Чего это? А уха?
— У нас дома все болеют. Мы гребем к городу.
Поднимается ветер, и волны тащат нас обратно. Нас качает, как в хороший шторм. Плоскодонка прыгает и трещит. Ноют ладони и руки. Три часа мы плывем до города, и, когда вылезаем на берег, земля качается под ногами.
Дома все нормально. Мама приехала.
Дедушка и Аленушка благополучно обедают. После обеда мама принимается за уборку, купает Аленушку, заваривает дедушке какой-то настой из трав — для лечения.
Все опять наладилось и пришло в движение у нас дома.
Я чувствую сладостное облегчение, точно с меня сняли тяжелый груз. Можно ни о чем не думать, не беспокоиться.
Я ложусь на продавленный наш диван и мгновенно засыпаю.
Когда я просыпаюсь, уже вечер. Моя майка и рубашка выстираны и сохнут на ветерке. Аленушка садится за стол в чистом платье. Дедушка тоже в новой рубашке. Мама поглядывает на нас довольными глазами.
Разливая чай, она говорит:
— Когда ты спал, приходила черненькая девчонка, Ира, кажется. Спросила тебя. Я ее не узнала: такая стала она ладная.
— Красавица! — говорит дедушка. — Право слово.
Я бегу через улицу к домику с тремя окнами. Дома ее нет. Только что ушла, наверное, на остановку. Я бегу на трамвайную остановку.
Еще издалека я вижу ее.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.