— Вы не правы, должны же они развлекаться.
— Нет, я думаю, что они слишком заняты для этого и чересчур серьезно воспринимают свое положение в обществе. Я знаю. Алан обожает летать. Но во всем остальном, теннисе или гонках под парусом, он ведет себя так. будто кто-то его заставляет. Быть может, на него давят деньги?
— Не исключено.
— Джон Коллинз, ее отец, очень интересный человек. Умница, красавец. Мне всегда казалось, что я немного влюблена в него. Разумеется, мы с ним принадлежим к одному поколению. Он один из тех, кому удается находить удовольствие в любом деле. К сожалению. его жена любит выпить. А потом начинает буянить. С каждым годом ее все реже выпускают из дому, поэтому Джону так дорога его дочь. Они появляются вместе на всех торжествах. Джоан и ее отец, а Алан Стэнвик, поглощенный работой, иногда приходит под самый конец. Джоан попала в трудное положение, между отцом и мужем. Возможно, поэтому ей так редко удается повеселиться.
— Она вынуждена исполнять роль хозяйки дома для каждого из них.
— Да. Вместо того чтобы самой наслаждаться жизнью, Джоан работает и на одного, и на другого.
— Амелия, читая ваши вырезки по Стэнвикам, нетрудно заметить, что в последние месяцы Джоан все реже и реже появляется в свете.
— Так оно и есть.
— Во всяком случае, ее имя почти не упоминается в вашей колонке.
— Ты абсолютно прав. Она сходит со сцены.
— Почему?
— Причин тут множество. У нее ребенок, маленькая девочка, требующая все больше времени и внимания. Возможно, Джоан беременна. Или тревожится о своем муже. Может, ей просто стало скучно. Наше общество ей не в диковинку. Она варится в нем с детства.
— Вы сказали, что она может тревожиться о муже. Что вы имели в виду?
— Но, дорогой, ее муж, Алан Стэнвик, руководит большой корпорацией и еще очень молод. Это огромная ответственность, и ему приходится много и долго работать. А тебе известно, что хладнокровие и спокойствие на людях нередко даются таким, как Алан, только потому, что дома они обрушивают на жен громы и молнии. Если с ним что-то не так, она это знает.
— Вы хотите сказать, что он болен?
— Алан?
— Да.
— Едва ли. Он всегда казался мне олицетворением здоровья.
— Можно ли объяснить ее затворничество тяжелой болезнью мужа?
— Вполне. Он болен?
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.