Фестиваль Burning Man

Сергей Грингауз|14 Октября 2010, 16:25| опубликовано в номере №1752.1, октябрь 2010
  • В закладки
  • Вставить в блог

Разбили лагерь и огляделись. Частично одетые люди, неземные транспортные средства, скрипящие велосипеды, тучи пыли, палящая жара. Вот по улице идет человек в картонной коробке на голое тело. Он – ходячий дом с аккуратно вырезанными в картоне окнами и дверями. Главный вход, конечно, в районе паха. Сзади на том же уровне – аварийный выход. Человек очень дружелюбен, зовут его Денни, он приехал на BM из Австралии в первый раз, как и мы.

Напротив нашего лагеря – трехэтажный викторианский дом на колесах, с балконами, камином и клавесином, на котором можно поиграть. Через дорогу юноша учит девушку жонглировать огненными пращами. На углу прилично одетый мужчина предлагает прохожим огромные спелые персики. Три абсолютно голые девушки модельной внешности танцуют под живую музыку на крыше проезжающего мимо автобуса.

– А! – машет рукой мужчина, на котором из одежды только модная бородка, широкий пояс и соломенная шляпа. – Я за выходные уже столько сисек пересмотрел!

Под струи поливальной машины бросаются люди, на бегу сдирая с себя одежду, – с водой здесь туго.

Едва впитав в себя первые впечатления дня: бесчисленные скульптуры, инсталляции, акробатические номера, представления, бары, состязания и концерты; едва успокоившись мыслью, что теперь-то ты, наконец, знаешь, что такое Burning Man, ты понимаешь, что еще толком ничего не видел. Наступает ночь. Музыка все громче и разнообразнее. Люди, здания и транспорт озаряются огнями. Все это, включая дома, движется в любых направлениях. В кафе и барах наливают бесплатно, если есть своя кружка. На танцполах происходит то, чему и положено происходить на танцполах, и даже больше. Манекены с громкоговорителями вместо лиц, пчелиные соты размером с человека, в которых спят утомившиеся бернеры; машины – катушечные магнитофоны, машины-драконы, машины-кошки, машины-бананы, машины-бары, машины-постели; люди в шубах на голое тело и люди, покрытые боди-артом с головы до пят.

Разумеется, в Блэк Рок Сити алкоголь повсюду, трава – повсеместно и практически неприкрыто, ночью новые друзья могут предложить кто кислоты, кто грибов, кто экстази. Но с друзьями, говорят, нужно быть осторожнее – в последнее время на плайе появилось немало переодетых (интересно, в кого?) копов. В активном ходу лекарства, выписываемые врачами: популярные болеутоляющие – синтетические опиаты и амфетамины, которые местные дети, страдающие синдромом дефицита внимания и гиперактивности, принимают каждый день.

Предвосхищая естественный вопрос, скажу: секса не было. Ни у меня, ни у одного из моих спутников – 25-летних красивых, жизнерадостных, открытых американцев. На обратном пути мы смеялись, когда вспоминали пачки презервативов, которыми запаслись. Как-то было не до этого. Интенсивная обработка новых впечатлений заглушала либидо. При всей своей кричащей сексапильности праздник мне показался довольно асексуальным. Как это нередко бывает и с людьми.

Традиционное сожжение Человека произошло на четвертый день нашего пребывания в Блэк Рок Сити. Человек жарко пылал. Налетел ветер, поднялась знаменитая щелочная пыль, к тому времени уже плотно осевшая в наших легких. Я стоял в толпе бернеров и старался найти в себе сильные чувства: величие момента, тоску от предстоящего возвращения в серые будни, единение с толпой. Но надорванная событиями последних дней душа не спешила рваться в пляс. Утомилась. Да и Человек сгорел довольно быстро. Толпа туристов бросилась на пепелище за поиском уцелевших мощей-сувениров.

Никакое описание, никакие фильмы и фотографии не рождают и не объясняют тех эмоций, которые приходят на плайе. Откуда этот восторг? Что это было, Бэрримор? Можно еще? Нет? Почему? Будет уже не то? Стошнит? Когда? Сколько? Целый год? Целый год?!

Оптимизм, стремление к счастью, добродушие и жизнелюбие, пусть не всегда искренние, – это безусловные видимые составляющие американской жизни. Контркультура BM стремится увести человека от цивилизации, от удобств, от рутины, от опостылевших социальных рамок, отрезать все лишнее, надоевшее, ненавистное и остаться с этими главными американскими ценностями в их рафинированном, первозданном виде. «Все люди братья», «все братья – сестры», «make love, not war» (не забыв предварительно спросить разрешения), «don’t worry, be happy» – все эти формулы оживают на плайе, срывая с себя шелуху банальности, как бернеры – одежду. Вот, ребята, что такое хорошо. А что такое плохо – это не к нам. Это по ту сторону ворот.

Я не готов назвать плайю своим домом, как делают это самые чувствительные бернеры, не имеющие сил выбраться из железных объятий. Меня не так просто уронить с моей уютной башни из слоновой кости. Но я туда вернусь. Мне нужно найти израильтянку Дженнифер, с которой мы целовали друг другу руки. И выяснить, зачем мы это делали.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

комментарии

Ярослав Корец , 24.10.2010 20:23

Спасибо за репорт, интересно. А можете расписать приблизительный бюджет поездки: дорога, дом на прокат, вода/еда, и т.д. Хотим в следующем году съездить туда с друзьями.

Во 2-м номере читайте об одном из самых противоречивых и загадочных монархов в  российской истории Александре I, об очень непростой жизни и творчестве Федора Михайловича Достоевского, о литераторе, мемуаристе, музыкальном деятеле, переводчике и  близком друге Пушкина Николае Борисовиче Голицыне, о творчестве выдающегося чехословацкого режиссера Милоша Формана, чья картина  «Пролетая над гнездом кукушки» стала  культовой. окончание детектива Варвары Клюевой «Черный ангел» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Великая собачья революция

Почему герои получаются только из дворняжек

Комсомол - моя судьба

К 100-летию ВЛКСМ

Высший уровень свободы

Петр Антипов, строитель автолетов

в этом номере

Острая музыка

Концерт для пилы и памятника Жукову

Черные заполонили Москву

Никита Аронов против столичных голубей

Легко ли быть Какашкиным

Антон Елин – о вариантах классификации населения родной страны